Студенческий меридиан
Журнал для честолюбцев
Издается с мая 1924 года

Студенческий меридиан

Найти
Рубрики журнала
40 фактов alma mater vip-лекция абитура адреналин азбука для двоих актуально актуальный разговор акулы бизнеса акция анекдоты афиша беседа с ректором беседы о поэзии благотворительность боди-арт братья по разуму версия вечно молодая античность взгляд в будущее вопрос на засыпку встреча вузы online галерея главная тема год молодежи год семьи гражданская смена гранты дата дебют девушка с обложки день влюбленных диалог поколений для контроля толпы добрые вести естественный отбор живая классика загадка остается загадкой закон о молодежи звезда звезды здоровье идеал инженер года инициатива интернет-бум инфо инфонаука история рока каникулы коллеги компакт-обзор конкурс конспекты контакты креатив криминальные истории ликбез литературная кухня личность личность в истории личный опыт любовь и муза любопытно мастер-класс место встречи многоликая россия мой учитель молодая семья молодая, да ранняя молодежный проект молодой, да ранний молодые, да ранние монолог музей на заметку на заметку абитуриенту на злобу дня нарочно не придумаешь научные сферы наш сериал: за кулисами разведки наша музыка наши публикации наши учителя новости онлайн новости рока новые альбомы новый год НТТМ-2012 обложка общество равных возможностей отстояли москву официально память педотряд перекличка фестивалей письма о главном поп-корнер портрет посвящение в студенты посмотри постер поступок поход в театр поэзия праздник практика практикум пресс-тур приключения проблема прогулки по москве проза профи психологический практикум публицистика путешествие рассказ рассказики резонанс репортаж рсм-фестиваль с наступающим! салон самоуправление сенсация след в жизни со всего света событие советы первокурснику содержание номера социум социум спешите учиться спорт стань лидером страна читателей страницы жизни стройотряд студотряд судьба театр художника техно традиции тропинка тропинка в прошлое тусовка увлечение уроки выживания фестос фильмоскоп фитнес фотокласс фоторепортаж хранители чарт-топпер что новенького? шаг в будущее экскурс экспедиция эксперимент экспо-наука 2003 экстрим электронная москва электронный мир юбилей юридическая консультация юридический практикум язык нашего единства
Голосование
Редакционный совет

Ростовцев Юрий Алексеевич
Главный редактор издания

Репина Ирина Павловна
Генеральный директор издания


Святослав Бэлза, Юлия Казакова, Ольга Костина, Кирилл Молчанов, Тимур Прокопенко, Владимир Ситцев, Людмила Швецова, Кирилл Щитов, Валентин Юркин


Наши партнеры










/ Литература / Проза /


Джеймс МАККИМИ. ИЛЛЮЗИИ


 - Послушай. - произнесла Никки Боббитт, поднимая свои изумрудные глазки к телевизору, который стоял на стойке, где она вкушала свой завтрак - кофе с поджаренными булочками - в компании с Генри Боббиттом.

- Что еще случилось? - спросил Генри Боббитт у жены с ноткой раздражения в голосе. Он был высок и толст. Но на его плечах сидела кукольная головка. Ему действительно было неприятно завтракать по воскресным дням перед включенным телевизором, но Никки никогда не пропускала передачу "Главные заголовки новостей".

Никки, крупная блондинка с довольно одутловатым лицом, была наделена энергичным характером, отличалась ровным настроением, достаточно требовательным либидо и острым язычком. Ей всегда удавалось выглядеть доброй мамашей, когда дети, учившиеся в частном пансионате, приезжали домой.

- Сьюзен Грейнджер, - воскликнула она. - Ее закололи ножом для резки бумаги в одном пасаденском мотеле. Они считают, что это произошло с час назад, поскольку ее видели живой незадолго до убийства. Труп обнаружила горничная.

- Четвертая жена Чипа, - презрительно процедил Боббитт.

- Третья! Слышишь? Дикторша только что подтвердила это.

- Ну да, третья, именно это я и хотел сказать!

Генри Боббитт, осознав, что за слова произнес, вдруг залился краской. Наверное, от того, что он произнес имя Чипа Грейнджера. К тому же он не любил, когда его ловили на любой ошибке. Именно поэтому Генри Боббитт верил в то, во что хотел верить, когда такая вера его устраивала.

- Ты же не станешь психовать, Генри! - Ее небольшие, близко поставленные глазки метнули в него взгляд, полный притворного упрека, а широкий рот с излишне полными губами скривился в усмешку. - Стоит тебе услышать его имя, как ты багровеешь, как рак.

- Глупости! - яростно воскликнул Боббитт. Но она была права. Когда-то Чип Грейнджер был его лучшим другом в этом городе на полуострове Сан-Франциско, где они вместе выросли. Теперь он стал знаменитым писателем Чипом Грейнджером, автором многочисленных романов и постоянным гостем телевизионных круглых столов на всех возможных каналах. Более того, вот уже пять лет, как он вел свою собственную передачу - "Странный мир Чипа Грейнджера". Старина Чип Грейнджер из местного героя превратился в международную знаменитость, но с тех пор, как покинул город не передал Боббитту ни единой весточки о себе. - Ничего удивительного (в голосе Боббитта звучала непререкаемая уверенность.). Одну из его жен убили. Тогда скорее всего Чип в этом и виновен!

Он кивнул головой, довольный своими выводами. С тех пор, как этот тип покинул родной город в поисках славы и состояния, Боббитт взял за основу поведение, помогавшее ему выжить в этом мире, тогда как всякий, кто имел успех в шоу-бизнес, не мог его добиться, не став сволочью, способной удавить собственных отца и мать ради удовлетворения амбиций.

- Неужели! - воскликнула Никки Боббитт, урожденная Никки Фиклер, дочь президента "Секонд Уэст Кот Секьюрити Банк". Она сползла с табурета и с грацией гимнастки скользнула к кофеварке. Было 10 октября и в этой средней части полуострова царила совершенно нормальная осенняя жара. Поэтому на ней была легкая красная маечка и белые шорты в обтяжку. Как всегда, Боббитт не смог отказать себе в удовольствие проследить за движениями ее тела, которое прекрасно загорело после целого лета, проведенного у бассейна их большого, но несколько запущенного дома. Удивительный контраст замечательного тела с лишенным какой-либо красоты лицом!

Налив обоим еще по чашке кофе, Никки вновь взгромоздилась на табурет и насмешливо протянула:

- Отчего при малейшем намеке на Чипа Боббитта, ты, мой дон Жуан, приходишь в такое состояние? Даже готов обвинить его в убийстве? - они скорчила гримасу, и, когда ее нижняя губа выпятилась вперед, можно было подумать, что ее укусила оса. - Может, потому, что грязные сплетники поведали тебе, что как-то в субботу я ушла с Чипом после того, как ты в полночь проводил меня домой?

- Треп!

В этом-то он был уверен. Никогда в жизни Чип Грейнджер не стал бы гулять с Никки при ее-то лице. Более того, надо было знать, что тогда Боббитт уже довольно долгое время гулял с ней.

- Конечно, треп, - сказала Никки, так и не втянув свою толстую нижнюю губу. - Но, быть может, люди говорили о другом времени, когда это было правдой.

- В чем, к примеру? - спросил Боббитт недовольно.

В том, что Чип был на высоте во всем, что предпринимал - в учебе, в спорте, с девицами, а потому естественно стал героем. И поэтому, не обладая всем этим, ты так стремился в друзья к Чипу, что был готов сделать то, что и сделал.

- И что же, черт подери, я сделал?

- Я уже тебе это говорила, Генри, но ты от этого приходишь в ярость. Давай сменим тему.

- Ну уж нет, пойдем до конца.

- Чтобы крутиться вокруг Чипа, ты превратился в покорного лизателя задницы, ты выполнял его любую прихоть, даже помогал ему вербовать девиц. Все говорили, что на самом деле, вы и не дружили, а ты был просто его прислугой. А когда он покинул город, он уже не нуждался в тебе. Поэтому никогда и не дал о себе весточки, даже на нашу свадьбу.

А ведь он обещал быть свидетелем, даже дал клятву крови.

- В жизни не слышал большей глупости!

- Конечно, Генри! - На ее лице вновь появилась улыбка. - И больше я к этому не вернусь никогда. Но пообещай мне тоже никогда об этом не думать. Ибо я не хочу видеть тебя в такой ярости, в какой ты находишься сейчас. Может совершишь после завтрака традиционную утреннюю прогулку?

Голос у нее стал вдруг удивительно милым.

В сером в полоску пиджаке, самая, что ни на есть классика, и в темно-синих брюках, Боббитт из-за своей лысины выглядел старше своих тридцати восьми. Совершая воскресную прогулку, он вдруг застыл и пораженно уставился на человека, который ожидал автобуса на перекрестке Мэдисон и Фремонт.

Мужчина того же возраста, что и Боббитт, был сантиметра на два ниже, но отличался худощавостью и темными волосами, а его бледное лицо обрамляли безупречно подстриженные баки. На нем была расстегнутая черная кожаная куртка, выцветшие джинсы и сапоги мотоциклиста из черной кожи. Голубая батистовая рубашка с металлическими посеребренными пуговицами и пояс с толстой серебряной пряжкой довершали наряд. Словно ощутив инквизиторский взгляд Боббитта, мужчина спокойно повернулся, оглядел его, а затем повернулся к нему спиной.

Не веря глазам своим, Боббитт тряхнул головой и продолжил путь. "Нет, сказал он сам себе. Это не мог быть Чип Грейнджер. Он ему явно привиделся из-за сообщения об убийстве его четвертой - или третьей? - жены.

Боббит сделал несколько неуверенных шагов, вновь остановился. По тому, как тот был одет.., это мог быть только Чип! Он так одевался, когда жил в этом городке и продолжал так одеваться на пути к славе и успеху. Он называл этот наряд своей формой, ставшей его маркой.

Боббит поспешно развернулся и, тряся в такт шагам своим двойным подбородком, мелкой трусцой заспешил к месту, где, как ему показалось, он видел Чипа.

Заскрипели тормоза - прибыл автобус. Генри рванулся вперед, но на перекрестке было пусто - ни автобуса, ни мужчины.

В тот же день, когда он ранним вечером устроился с привычным стаканом виски с содовой в удобном кресле своей громадной гостиной, он рассказал Никки, что произошло.

Одетая в темное элегантное платье, которое подчеркивало изысканное жемчужное ожерелье, она выслушала его, покачивая ножкой и небрежно держа бокал с белым вином между указательным и большим пальцами. Реакция последовала незамедлительно.

- Шутишь!

- Вначале я решил, что меня подвели собственные ощущения. Однако, я видел именно это.

- Похоже на сцену из "Странного мира Чипа Грейнджера", не так ли? Ты уверен, что пьешь сегодня первое виски? Нет, такое даже нельзя предположить. В жизни не более двух виски с содовой, так? Ты из тех, кто никогда не позволяет себе расслабиться. Однако, нет... минуточку. Однажды ты ведь расслабился, мой милый дон Жуан?

Он прекрасно понимал, о чем она говорила, и никогда не стал бы отрицать этого. Как ему удавалось так долго сдерживаться, когда они были намного моложе, сейчас это казалось непонятным. Но его воспитали в строжайших пуританских правилах, и мать его не допускала ни малейших отклонений - он должен был устоять перед любострастной атмосферой эпохи и сохранить себя для будущей супруги.

А потому все годы учебы в Университете, он так и не поддался этому почти невыносимому давлению. И только получив диплом, однажды, когда они вдвоем устроили грандиозный пикник на безграничном пляже, Никки освободила его вынужденной невинности, предложив:

- Генри, почему ты не попросишь моей руки, ведь никто другой этого не сделает? Теперь, когда ты окончил университет, почему бы тебе не начать работать в папином банке, чтобы больше никогда в жизни не думать о деньгах? И почему бы нам, черт подери, не скрепить наш договор после стольких лет ухажерства, согласившись на такое траханье, о котором ты будешь помнить всю свою жизнь?

И сдержала свое обещание. И до сегодняшнего дня умела с блеском обставить свои интимные притязания. Он никогда не решался задавать слишком много вопросов о безграничной осведомленности Никки в любовной области. Он просто принял для себя, что такой ее создала природа, поскольку в отличие от него она не считала девственность ценнейшим сокровищем.

После обеда они снова перебрались в свою громадную гостиницу.

- Была это иллюзия или нет? - спросил Боббитт. - Сейчас я практически уверен - это был Чип Грейнджер собственной персоной.

Истина заключалась в том, что он понимал, как хотел в это поверить. Это могло означать, что Чип наконец вернулся в родной город, что их теперь будет разделять расстояние всего в несколько улиц, что все снова станет, как тогда, и Чип с Генри будут вместе.

- Ну что ж, - сказала Никки, - если на остановке автобуса был действительно Чип, то он не мог убить свою третью жену. Он ведь не мог быть одновременно здесь и в Пасадене? Проблема в том, что ты в этом не уверен.

- Боже, ну кто еще другой станет так одеваться? И он выглядел как Чип. Конечно это был он.

Хитро улыбнувшись, он поставила бокал с вином. И наклонилась вперед, опершись локтями на колени и оперев подбородок на сцепленные кисти.

- Есть лишь одна возможность быть уверенным, мой милый. Ты помнишь о повязке, которую он принялся носить на груди с пятнадцати лет?

- Вроде да... Да. Он никогда ее не снимал. Ни в раздевалке, ни в душе, ни в бассейне. Он говорил, что там у него гнусное красное пятно и он не хочет, чтобы его видели другие.

- Пятно? Ну ты даешь! Это была татуировка.

Боббитт с неожиданным интересом глянул на жену.

- О чем ты говоришь?

- О гремучей змее, огромной свернувшейся гадюке с плоской головкой. Пять на пять сантиметров. В день, когда ему исполнилось пятнадцать, он отправился на автобусе в Сан-Франциско и встретил типа, с которым долго пил виски. А затем сделал татуировку на груди. Когда он вернулся домой и протрезвел, он решил не показывать ее никому, кроме... э...

- Кроме кого?

- Кроме тех девчонок, перед которыми раздевался.

Ощущая, как сильно забилась кровь в висках, Боббитт некоторое время хранил молчание. Не сводя глаз с толстой нижней губы жены, он на мгновение увидел кусающую ее осу, но видение тут же растаяло. Он так и не понял, иллюзия это или реальность.

- Как это так перед девицами? - громко воскликнул он. - И кто входил в этот круг избранных?

- Ты прекрасно знаешь, что он обожал противоположный пол. Девицы были его лучшими друзьями. Ты же знал, что они липли к нему, как мухи к меду, стоило ему бросить на них лишь единственный взгляд. Полагаю, однажды повязка у него отвалилась, и он обратил внимание, что змея ужасно возбуждала девиц. Подожди секундочку, Генри! Не думаешь же ты... Я хочу сказать, что все это смехотворно!

- Ну конечно.

- Мы заводимся из-за пустяков. Я узнала эту историю с татуировкой от других девиц. А теперь послушай, синяя батистовая рубашка на типе, которого ты принял за Чипа, была застегнута снизу доверху?

Генри задумался, потом ответил:

- Сейчас, когда я думаю об этом, я уже не столь уверен.

- Да нет, ты полностью уверен. Ты пытаешься избежать ответа, вот и все. И ты прекрасно знаешь, что это был не Чип Грейнджер, не так ли? Почему бы тебе не согласиться с этим?

- Но это мог быть и он! Кто другой мог там оказаться?

- Да или нет, но почему ты его по-прежнему так ненавидишь?

- Потому что он продался!

- Что такое продался?

- Как угодно ради успеха.

- Откуда ты об этом знаешь? Ты же не слышал о нем с того момента, как он уехал. А это было десять лет назад.

- Думаешь я не знаю, что такое жизнь в шоу-бизнесе? Я прочел кучу журналов и газет, а они-то хорошо осведомлены. Надо продать свою душу, иначе...

- Я не знала, что ты так хорошо знаешь о всей грязи этого мирка. Отец моих детей, а я ничего не знала!

- Во всяком случае я его ненавижу именно за это. Он продался. И я больше никогда не захочу иметь с ним дело. Ты же знаешь, что я себя в жизни ни разу не скомпрометировал.

Уголки толстого рта Никки саркастически вздернулись.

- Но ты же женился на мне, что позволило тебе занять нынешнее положение в жизни, дорогуша.

- Да, кто бы другой попросил твоей руки? - возразил Боббитт, довольный своей репликой.

- Согласна. Допустим, что этот тип был действительно Чипом во крови и во плоти. Прислушайся к моим словам, соблазнитель. Если он действительно был твоим лучшим другом, как получилось, что ничего не произошло, когда вы увидели друг друга на углу Мэдисон и Фремонт? Он равнодушно глянул на тебя - ты сам сказал это. Такое можно сравнить лишь с пощечиной от столь близкого друга. Что  скажешь об этом, парниша?

Боббитт щелкнул пальцами, словно что-то вдруг вспомнил.

- Я отправляюсь к себе в кабинет.

- Не надолго. Никогда не забывай, что у тебя по отношению ко мне определенные обязанности.

Боббитт уселся перед массивным дубовым столом и принялся писать на блокноте для черновиков:

Мой дорогой Чип,

Сколько раз я пытался написать тебе, чтобы сообщить о восхищении тобою. Все, кто знали тебя здесь, в твоем родном городке, испытывают те же чувства. Хорошо сыграно, старина. Продолжай в том же духе!

Что касается меня, то здесь все просто. Я женился на Никки Фиклер. (И знаешь, я на тебя не очень сержусь за то, что ты не вернулся и не стал моим свидетелем, несмотря на клятву кровью, которые мы дали друг другу в детстве. Я всегда считал, что приглашение и сопроводительное письмо, где говорилось, как я на тебя рассчитываю, ты так и не получил. Кстати, и я не стал твоим свидетелем, хотя мы это обещали друг другу давно. Если учитывать то количество раз, когда я мог быть свидетелем, то именно я окажусь нарушителем обещания, не так ли?).

Короче, у нас двое детей, мальчик восьми лет и девочки семи лет, которые сейчас находятся в пансионате. Я, сам не знаю как, получил пост первого вице-президента банка. Ну ладно, думаю, тебе не хочется слышать банальности обо мне, ведь ты живешь в сердце бурлящей великолепной жизни.

Правда сегодня кое-что произошло. Утром, совершая привычную воскресную пробежку, я оказался на углу Мэдисон и Фремонт. И что я увидел? Вылитый портрет Чипа Грейнджера, ожидавший автобуса. Кожаная куртка, выцветшие джинсы, голубая батистовая рубашка, черные мотоциклетные сапоги - все было на месте! И человек был все так же обольстителен со своей черной шевелюрой и знаменитыми баками!

"Это он" - сказал я сам себе. Но нет, это было невозможно, я тут же поправил себя. В тот же миг ты бросил на меня ледяной взгляд и отвернулся. Тогда я продолжил свой бег, зная, что это не мог быть ты, иначе ты бы крикнул: "Эй! Генри Боббитт, ты ли это, старая развалина?"

Потом, мне в голову пришла другая мысль. То, что я узнал тебя,  совершенно нормально, поскольку часто видел тебя по телевизору. Но, черт подери, как ты мог узнать меня после стольких лет? Должен признать, что вешу килограмм на двадцать больше, чем в тот день, когда мы виделись в последний раз. Что касается волос, то они у меня полезли в тридцать лет. В прошлом году я стал носить очки в черной оправе. Я сказал себе, он конечно пытался позвонить мне и сообщить о приезде. Но мы в красном списке, ты конечно не знаешь этого, как впрочем и того, где я работаю и живу.

Сам понимаешь?

Теперь я сообразил. И могу сказать, что лысый толстяк в пиджаке в серую полоску, которого ты видел, и есть твой старый приятель. Жаль, что не остановился сказать тебе "это я", чтобы ты мог сделать также. Но что случилось, то случилось.

Теперь мы все знаем. И надеюсь, ты войдешь со мной в контакт при первой же оказии, старый братишка, чтобы мы могли возобновить ту связь, которая никогда не должна была бы прерываться.

Никки также посылает тебе самые наилучшие пожелания.

И конечно он даже не обмолвился Никки об этом письме. Он унес листок на работу и вручил его миссис Мамсфорд. Своей невозмутимой и давней секретарше, которую унаследовал вместе с должностью. Он попросил ее перепечатать письмо на банковском бланке, сходить в муниципальную библиотеку и отыскать в Ху из Ху, где можно было найти Чипа Грейнджера. Оказалось, что указывался адрес его агента в Беверли Хиллз. Когда она принесла письмо на подпись Боббитту, тот от руки добавил свой адрес и номер персонального телефона.

Затем день за днем Чип стал ждать ответа Чипа Грейнджера. Через две недели он попросил миссис Мамсфорд позвонить агенту Грейнджера в Беверли Хиллз. Когда ей ответила личная секретарша агента, Боббитт взял трубку и объяснил:

- Я старый друг мистера Грейнджера. Некоторое время тому назад я написал ему письмо, отправленное на ваш адрес. Оно было в сером конверте с адресом банка...

- Секонд Уэст Кот Секьюрити Банк?

- Да, мэм. Видите ли...

- Я вручила его лично мистеру Грейнджеру.

Дома, в большой гостиной Никки протянула Боббитту его виски с содовой, а сама расположилась поудобнее с бокалом вина. Она была взволнована и сообщила ему:

- Я прочла три газеты и прослушала новости по телевизору, в том числе передачи Донахью, Опры и Джеральдо, каждый из них принимал приятельниц убитой экс-супруги Чипа. Все они говорили, что та была сущей стервой, которая изводила его целыми днями, добиваясь то денег, то примирения, то еще чего. СиэНэН удалось добиться встречи с Чипом, и они дословно передали всю беседу, хотя и не сняли ее на видео. И поэтому я знаю абсолютно все. Его арестовали и обвинили в убийстве.

Боббитт прищурился, отпил глоток и протянул:

- Эй, эй, помолчи-ка!

- Но его освободили, поскольку он внес громадный залог.

- Подлец!

- Я знала, что ты это оценишь, обольститель. Он утверждает, что даже не был в районе Лос-Анджелеса в тот день, а тем более в мотеле, где пришили его экс-благоверную. На ноже для разрезания бумаги не обнаружили его отпечатков пальцев. Но полиция утверждает, что имеет показания двух свидетелей, которые утверждают, что видели Чипа с тот день в Глендейле и Альгамбре, то есть по соседству с Пасаденой, где было совершено преступление. И каждый раз он был в своем привычном одеянии. Именно поэтому его обвиняют в убийстве. Если бы убийство было предумышленным, он бы не стал одевать свой наряд.

Боббитт буквально расцвел.

- Я действительно расстроен тем, что узнал. И где же, как он утверждает, он находился?

- На побережье, один за рулем своей самой старой и самой скромной из пяти машин. Он забыл кредитные карточки, а потому расплатился за бензин наличными. Он сказал, что был не в своей привычной одежде, именно поэтому никто не помнит, что видел его, и не может обеспечить его алиби.

- А то, что свидетели видели его в Глейндале и Альгамбре ?

- Чип - настоящий - утверждает, что по всей стране многие чокнутые одеваются как он и доводят сходство до того, что носят такую же бороду только ради удовольствия быть принятым за него. Он сказал, что у Хемингуэя были такие же проблемы, как впрочем у Вилли Нельсона и многих других. Чистая напасть, какая-то беда в этой стране. И в тот день такие люди и оказались в Глендейле и Альгамбре. А один дурачок видел его на углу Мэдисон и Фремонт, не так ли, мой толстячок?

Генри Боббитт прикрыл глаза, задумался, потом сказал:

- Как раз нет. Не думаю.

- Нет? - удивилась Никки.

Боббитт вздохнул и недовольно протянул:

- Я видел именно его.

- Собственной персоной?

Он кивнул.

- Но как ты можешь быть в этом уверен?

- Змея, - признался он. Ему даже показалось, как одна за другой расстегиваются посеребренные пуговицы голубой рубашки на человеке, стоявшем на перекрестке Мэдисон и Фремонт. Рубашка была распахнута от шеи до ремня с серебряной пряжкой. И он действительно увидел, столь же реально, как он вспоминал все, что видел в жизни, змею, свернувшуюся на груди мужчины.

Никки наклонилась и инквизиторским взглядом пронзила его.

- Как ты мог увидеть ее сквозь рубашку?

- Она была расстегнута до пояса.

Никки встала, подошла к нему и наклонилась, чтобы заглянуть прямо в глаза.

- Генри, старый мерзавец, ты лжешь. Вижу по твоим глазам. Но ты ведь будешь настаивать? Поскольку таким образом ты прихватил его за яйца!

Боббитт с довольным видом пожал плечами.

- Генри, - побормотала она, - честно говоря, я не считала тебя способным на такое. И как ты поступишь?

- Как надо.

- О боже! Пошли скорее наверх, чтобы ты мог выполнить свои супружеские обязанности, которых ты никогда не придумывал.

- Дорогая, сначала мне надо зайти к себе в кабинет, а потом я весь твой.

Дорогой Чип Грейнджер (он писал в блокноте для черновиков),

Я узнал вчера через твое агентство, что тебе лично передали письмо, которое я написал две недели назад. То, что ты даже не удосужился ответить на него, равноценно твоему молчанию, когда я пригласил тебя быть моим свидетелем на свадьбе с Никки Фиклер, дочери Руди Фиклера, президента Секонд Уэст Кот Секьюрити Банка. Прошу считать все, что я написал в этом письме, полной чепухой. Истина в том, что я всегда считал тебя претенциозным и смешным, настоящим клоуном. В день, когда раздавали писательские таланты, которыми ты, как считаешь, обладаешь, тебя, ха-ха, на встрече не оказалось.

В конце концов, если говорить с полной откровенностью, хочу тебе посоветовать сей же час и навсегда отправляться к чертовой матери. Да, утром 10 октября на углу Мэдисон и Фремонт был именно я, с лишними двадцатью килограммами веса, в черных очках и в сером пиджаке в полоску. А на остановке стоял именно ты. И хотя я еще  об этом не говорил, кроме кожаной куртки, выцветших джинсов, сапог из черной кожи и рубашки из голубого батиста, было кое-что еще, дающее мне уверенность - рубашка была расстегнута от шеи до пояса с серебряной пряжкой, а потому была хорошо видна татуировка - свернувшаяся на твоей груди гремучая змея.

Может идти к дьяволу, мне все равно.

Через два дня, потягивая свое ежевечернее виски с содовой, Боббитт во всю улыбался, развалившись в своем кресле. Он только что рассказал Никки о двух письмах.

- И когда же ты ждешь от него вестей, чертенок ты эдакий? - спросила она, кудахтая от смеха.

В это мгновение на столике рядом с Боббиттом зазвонил телефон.

- Сейчас, к примеру?

Он поднял трубку и произнес:

- Боббитт слушает.

- Салют, старина! - раздался хорошо известный баритон. - Я говорю именно с тобой? Без шуток, это действительно ты?

- Чип?

- А кто же еще, дружище! Послушай, перед тем как продолжить разговор, я хотел бы извиниться за пару-тройку вещей. Согласен?

- Как хочешь.

- Прежде всего за то, что не оказался на месте, чтобы быть свидетелем на твоей свадьбе с Викки.

- Никки.

- Все произошло именно так, как ты написал в своем письме от 10 октября - я ведь не получил ни твоего приглашения, ни письма, где ты сообщал, что рассчитываешь на меня. Мне кажется, на нашу почту полагаться нельзя.

- Но это означает, если я не ошибаюсь, что ты получил мое письмо от 10 октября. Во всяком случае секретарша твоего агента поклялась, что вручила его тебе прямо в руки.

- Совершенно точно, старина! Я еще помню рассматривал адрес на конверте. Секонд Уэст Кот Секьюрити Банк, что в моем родном городе. Я еще спросил себя, почему мне пишут из банка? А потом даже не знаю, что случилось. Я сел в одну из своих машин, в открытый мерседес, и думаю, ветер унес письмо, когда я ехал по побережью к себе домой в Малибу. И конечно, когда я получил сегодня твое второе письмо, я тут же понял, кто автор первого. Мне действительно очень жаль, Генри.

- Ничего страшного, Чип, - спокойно сказал Боббитт.

- Гремучая змея! - воскликнул Чип Грейнджер. - Не помню, чтобы ты был в курсе. На самом деле, об этом не знал ни один парень.

- Я узнал это от некоторых юных персон. Они всегда меня сравнивали, ну ты понимаешь, о чем я. Тогда-то они и говорили о гремучей змее.

- Генри, никогда не думал, что мы с тобой ходили по одним и тем же девочкам...

- Никогда не надо оценивать людей по их внешности.., Чипер.

- Больше не буду. И сколько же народу знает об этой татуировке? Несколько милых девиц и ты? И ты увидел ее на моей груди, когда я оказался в городе утром 10 октября?

Боббитт бросил взгляд на Никки. Пчелиный укус появился на ее губе, потом исчез. Или ему показалось.

- Готов поклясться на дюжине Библий!

- Ну что ж, согласен. Хочу объяснить тебе, что я делал там в то воскресенье. У меня возникла идея сценария, где мой родной город был бы фоном. Я не был в нем уже долгие годы. И когда оказался в городе, первое, что я попытался сделать, так это войти в контакт с лучшим другом, который у меня был и какого у меня никогда не будет - с тобой, Генри. Но все произошло именно так, как ты написал в письме. У меня не было ни адреса, ни номера телефона. Я даже не знал, где ты работаешь. Я потерял все связи с местными людьми и не знал, к кому обратиться. Я покружил по городу, чтобы прикинуть места съемок в своей привычной куртке Фонзи и всем прочим. Оказавшись на перекрестке Мэдисон и Фремонт, где ты меня заметил, я вдруг передумал. Мне уже не хотелось делать фильм о городе. И тогда я уехал. Генри, я даже не мог подумать, что это был ты с двадцатью лишними килограммами веса, в сером в полоску пиджаке и в очках с черной оправой. Мне даже мысль такая в голову не пришла. А как у тебя дела? Мне так приятно слышать твой голос!

- Мне тоже приятно слышать твой голос, - сказал Боббитт. - Дела идут нормально. Но мне жаль, что с тобой такое приключилось. Я говорю об убийстве твоей третьей жены и твоем аресте, поскольку два типа видели тебя в тех местах в тот день.

- Послушай, Генри, я рад, что ты затронул эту тему. Давно пора восстановить наши дружеские связи. Я хочу показать тебе Голливуд, встретишься с моими приятелями по шоу-бизнесу. Послушай, Генри, можешь оказать мне одну услугу?

Генри посмотрел на Никки - глаза у той заблестели.

- Какую услугу, Генри?

- Они мне разрешили завтра утром слетать на самолете. Я прибуду в восемь тридцать на Сан-Франциско Интрнэйшнл рейсом 605 Уэстерн Эрвейз. Объясню тебе все на месте. Боже, как я спешу увидеть тебя и Викки! Я возьму напрокат машину...

- Не стоит. Мы с Никки приедем за тобой.

- Потрясающе! Может, ты мне еще закажешь номер на ночь в отеле Сондерс?

- И не мечтай. У нас в доме достаточно комнат, чтобы принять шестьдесят человек. Приготовим тебе лучшую.

- Что же делал все эти годы, Генри? Без тебя все было не так.

На следующее утро за руль села Никки. Боббиттт сидел рядом в своем лучшем темном костюме.

- Когда приедем в аэропорт, - сказал она, - пойдешь один, а я подожду за рулем. И тогда я подберу вас, когда вы выйдете из терминала.

Боббитт был уже в зале ожидания, когда появились первые пассажиры с 605 рейса. Вскоре появился и Чип Грейнджер, в своей привычной одежде, с небольшим саквояжем в руке. Когда он остановился посреди зала, Боббитт с удовольствием отметил, что все принялись глазеть на него.

- Эй, Генри Боббитт, - вскричал Чип Грейнджер привычным баритоном. - Вот ты каков, старина!

Боббитт двинулся вперед своей неуклюжей походкой, с удовольствием предвкушая то, что последует.

Чип уже подписывал автографы, когда Генри оказался рядом, но он тут же прервал свое занятие, чтобы пожать ему руку с такой силой, что едва не раздавил Боббитту пальцы.

- Генри, дорогой мой Генри! Но, черт подери, где же Викки?

- Она крутит на крайслере вокруг аэропорта, чтобы подобрать нас, когда мы выйдем.

- Отлично, отлично. Но послушай, Генри, я подумал и решил, что, чем раньше скажу, тем лучше. - Он сунул руку в сумку и извлек папку. - Возьми это. На этом листке написано имя человека, с которым я должен встретиться в кабинете прокурора. В конверте денег достаточно, чтобы покрыть все твои расходы. Я заказал номер в Беверли Хилтон, рядом можно пообедать в Трейдер Викс. А вот твой авиабилет. Тебе остается всего десять минут, чтобы зарегистрироваться. Я всегда буду тебе безумно благодарен. Надо лететь. Немедленно!

Вернувшись из Лос-Анджелеса на следующий день во второй половине дня, Генри увидел, что в аэропорту Никки ждала его в одиночестве.

- Он уехал? - голос его был мрачен.

- Да, - ответила она. Глаза ее сияли, щеки раскраснелись. - Он уехал сразу после звонка своего агента. Учтя все, что ты сказал им вчера про татуировку и прочее и с учетом твоей респектабельности - первый вице-президент банка и муж дочери президента банка и т.д. и т.п. - они решили, что Чип перестал быть подозреваемым. Его срочно вызвали на работу и ему пришлось тут же уехать. Но он сказал, что крайне расстроен и пообещал вернуться как можно скорее.

Боббитт слушал вполуха, пока они шли по длинному коридору терминала.

- Надеюсь, он провел приятную ночь у нас дома.

Он бросил на нее косой взгляд и увидел, что ее рот расплылся в широчайшей улыбке.

- О боже, еще какую!

Ему показалось, что губа ее распухла - укус осы - и не стал настаивать, поскольку всегда был лопухом. Потом укус исчез. Он снова мысленно увидел силуэт на углу Медисон и Фремонт. Посеребренные пуговицы голубой рубашки одна за одной расстегнулись, открыв гремучую змею, и тут же застегнулись. Змея исчезла.

- Генри, будь осторожней. У тебя ноги заплетаются.

- Проститутка! - рявкнул Генри во весь голос.

- Генри, на нас смотрят люди!

- Поганая проститутка, вот кто он!

- Тсс...

Но он продолжал, все повышая голос.

- А я таким никогда не был. И никогда не буду. Никогда! Тебе ясно?

Свежий номер
Свежий номер
Предыдущий номер
Предыдущий номер
Выбрать из архива