Студенческий меридиан
Журнал для честолюбцев
Издается с мая 1924 года

Студенческий меридиан

Найти
Рубрики журнала
40 фактов alma mater vip-лекция абитура адреналин азбука для двоих актуально актуальный разговор акулы бизнеса акция анекдоты афиша беседа с ректором беседы о поэзии благотворительность боди-арт братья по разуму версия вечно молодая античность взгляд в будущее вопрос на засыпку встреча вузы online галерея главная тема год молодежи год семьи гражданская смена гранты дата дебют девушка с обложки день влюбленных диалог поколений для контроля толпы добрые вести естественный отбор живая классика загадка остается загадкой закон о молодежи звезда звезды здоровье идеал инженер года инициатива интернет-бум инфо инфонаука история рока каникулы коллеги компакт-обзор конкурс конспекты контакты креатив криминальные истории ликбез литературная кухня личность личность в истории любовь и муза любопытно мастер-класс место встречи многоликая россия мой учитель молодая семья молодая, да ранняя молодежный проект молодой, да ранний молодые, да ранние монолог музей на заметку на заметку абитуриенту на злобу дня нарочно не придумаешь научные сферы наш сериал: за кулисами разведки наша музыка наши публикации наши учителя новости онлайн новости рока новые альбомы новый год НТТМ-2012 обложка общество равных возможностей отстояли москву официально память педотряд перекличка фестивалей письма о главном поп-корнер портрет посвящение в студенты посмотри постер поступок поход в театр поэзия праздник практика практикум пресс-тур приключения проблема прогулки по москве проза профи психологический практикум публицистика путешествие рассказ рассказики резонанс репортаж рсм-фестиваль с наступающим! салон самоуправление сенсация след в жизни со всего света событие советы первокурснику содержание номера социум социум спешите учиться спорт стань лидером страна читателей страницы жизни стройотряд студотряд судьба театр художника техно традиции тропинка тропинка в прошлое тусовка увлечение уроки выживания фестос фильмоскоп фитнес фотокласс фоторепортаж хранители чарт-топпер что новенького? шаг в будущее экскурс экспедиция эксперимент экспо-наука 2003 экстрим электронная москва электронный мир юбилей юридическая консультация юридический практикум язык нашего единства
Голосование
Редакционный совет

Ростовцев Юрий Алексеевич
Главный редактор издания

Репина Ирина Павловна
Генеральный директор издания


Святослав Бэлза, Юлия Казакова, Ольга Костина, Кирилл Молчанов, Тимур Прокопенко, Владимир Ситцев, Людмила Швецова, Кирилл Щитов, Валентин Юркин


Наши партнеры










Номер 12, 2007

Геофак МГУ: Попробуй жизнь на вкус

Заметки о летней практике

Главное в студенческие годы – не скучные лекции, а реальный опыт общения с профессурой, проба жизни на вкус. В этом смысле географический факультет – замечательный вариант, ведь полевая практика дает возможность увидеть многие города, уникальные места, почувствовать, чем живут люди в глубинке и в центре, на севере и юге.

Лето первое

В Карелии на Полярном круге
На севере дальнем
Озеро в Карелии за Полярным кругом
Перед выездом на практику
В зоне радиационного заражения под Гомелем

На первом курсе практика длится два месяца на базе геофака МГУ в Калужской области. На четырех гектарах, огороженных железным забором, живут двести пятьдесят студентов и несколько наставников. Когда-то жили в палатках. Теперь – в милых деревянных домиках, в каждом – шесть кроватей, стол и два шкафа.

С девяти утра восемь часов в день ты фактически на работе. Например, меряешь размеры поля геодезическими приборами или копаешь ямы, исследуя «почвенный разрез». Приходится много писать в полевом дневнике.

Через два–три дня начинаются самостоятельные маршруты. Это значит, у тебя не стоят над душой, и ты даже можешь забросить теодолит, нивелир или почвенный бур в кусты и позагорать. Так проходят еще три-четыре дня. И наступает время отчета. Часов четырнадцать подряд не вылезаешь из учебного корпуса, работаешь, и только в пять утра идешь спать. В принципе, никто не мешает писать отчет постепенно, каждый день по паре часов, да кто же так будет делать?

Но вот отчет сдан, получаешь один выходной (можно успеть съездить в Москву, принять душ, поесть, поспать, встретиться с друзьями или с девушкой), потом возвращаешься и сменяешь лопату и бур, допустим, на надувную лодку и глубиномер. Начинается новый этап практики.

И снова тебя несколько дней прессует преподаватель, а потом ты купаешься, ныряешь с лодки и спишь под кустом вместо того чтобы заниматься делом. Примерно так проходит два месяца.

Это было бы невыносимо – начинаешь тонуть в рутине и однообразии «исследовательской» работы.Однако есть благословенные вечерние часы, которые зачастую затягиваются до рассвета. Можно играть в футбол – в двухстах метрах от базы, на пойме реки, через день проходят футбольные матчи. Можно быстро сбить команду в волейбол. Достаточно зайти в штабной домик и объявить в микрофон. Можно присоединиться к турниру по настольному теннису. Можно пойти на веранду домика «Бесконечность» (домик № 8 однажды перевесил табличку на двери в горизонтальное положение) и запеть вместе со всеми: «Видели ночь, гуляли всю ночь до утра» или что-нибудь еще из русского рока.

В половине двенадцатого – отбой. Музыка из громкоговорителей смолкает, дежурные по штабу прекращают диджейскую деятельность. Но костры горят и песни звучат до самого утра.

Короче, практика первого курса – это мегатонны концентрированного общения.

Лето второе

После второго курса все иначе. Я учусь на кафедре экономической географии России, поэтому и практика соответствующая. Мы должны увидеть города, заводы, электростанции и линии электропередач, дороги, порты.

Насчет линий электропередач – в первый же день нас научили визуально различать линии на 33, 110, 330 и 500 кВ. Для этого – подскажу – нужно считать, сколько изоляторов отделяет провод от столба. Не осадки и скорость ветра измерять, не каких-нибудь бобров считать в заповеднике, все гораздо серьезнее. Индустриальнее.

Практика просто сказочная. И какие точки – Гомель, Чернигов, Петербург, Выборг, Сортавала, Петрозаводск, Кандалакша, Кировск, Мончегорск, Мурманск, Кириллов, Вологда, Ярославль. На старом туристическом «Икарусе», нагруженном палатками, спальниками, котлами, мисками, банками тушенки и лосося, пачками гречки и макарон, мы переезжали с места на место. Порой ночевали в палатках, готовили на костре. В городах нас куда-нибудь селили, и если очень везло, была даже горячая вода.

Особенно запомнился пятидневный переезд через всю Карелию по хрущевской бетонке. И пять ночей в лесотундре, в палатках. В Карелии полно озер, холодных и кристально чистых, и мы вдоволь купались. Но там большой напряг с дровами для костра.

Рано вставали и поздно ложились. Бывало, преподаватели устраивали брифинг по итогам дня уже за полночь. Весь день мы должны были, прилипнув к окнам «Икаруса», вести полевые дневники – что-то вроде путевых заметок. Писанина во время практики не прекращалась ни на один день.

Например, в Гомеле по вечерам приходилось рисовать карты, исследовать транспортные схемы города, писать выводы. Нас возили и в зону заражения под Гомелем – туда, где осели радиоактивные облака от Чернобыля. Я видел заросшие лесом поля, растрескавшийся асфальт, черно-оранжевые знаки радиационной опасности и развалины деревень, где из полтысячи осталось жить три человека. Эти старики как ни в чем не бывало ходят за грибами.

На севере было не менее интересно. В Петрозаводске остановились на четыре часа. Нас, не мытых уже три дня, голодных и просто неприлично одетых для города, послали картографировать центральные кварталы.

В Кандалакше, где мы жили в спортзале, ездили на местный алюминиевый завод. С виду завод – новенький, красно-синий. А на деле просто обшитые гофросталью старые корпуса. Респираторы, каски, защитные очки. Серые ангары с печами. Когда печи открываются, внутри все светится белым, так там горячо.

В Мончегорске, одном из самых загрязненных городов России, по мере приближения к медно-никелевому комбинату мы замечали, как постепенно увеличивается количество высохших деревьев, потом тянется сплошной сухостой, потом деревья исчезают совсем, уступая место голому черному грунту...

В Кировске – городе у подножья Хибинских гор – тоже было нескучно. Там есть база географического факультета МГУ, круглогодичная. Нам четко объяснили, что самовольный уход в горы – однозначно отчисление с практики и большие проблемы в деканате. Потому что в Хибинах каждый год погибают десятки туристов.

И все же однажды вечером, когда мой друг Гоша курил, я сказал ему в шутку: «А пошли в горы, Гош». И мы пошли. Поход длился всю ночь, при свете висящего у самого горизонта северного солнца. За час добрались до Кировска-25 – самой заброшенной части города. Еще четыре часа карабкались на гору. Вначале было мелколесье из карликовой березы и сосны, и мы за пять минут насквозь промокли от росы. Выше – только мхи и клюква. И стало страшно, потому что если камень из-под ноги сорвется, не за что будет ухватиться: деревья кончились.

Из двух вершин горы мы забрались на меньшую, на высоту шестьсот метров, увидели, как жутковато разрушил землю промышленный разрез, и спустились по другому склону, ровному, усыпанному булыжниками. Когда вернулись, оставалось два часа до команды «подъем».

Утром выяснилось, что преподаватели как раз в то время, пока мы лезли на гору, устроили проверку: все ли на местах. Нас с Гошей почему-то не тронули.

Практика, как это ни плоско прозвучит, способствовала некоему душевному развитию. Я понял, что это такое – делить с другом булку с джемом (только не смейтесь, не иронизирую), когда кончились последние деньги, а до дома еще неделя. Почувствовал, что мы все во время практики – единый организм, и мы заняты выживанием. Здесь можно хулиганить и нарушать, если это не повредит всему организму. А вот что нельзя – так это умничать, высовываться, выдвигать претензии. Те, кто это делал, быстро ощутили себя в изоляции. И, конечно же, благодаря практике, я понял,во-первых,из чего состоит моя профессия, и, во-вторых, что могу приспособиться даже к самым тяжелым условиям жизни.

Лето третье

На третьем курсе у каждого студента практика индивидуальная. К тому времени я уже работал, но не по специальности, а в коммерческой фирме, в проекте, связанном с психологическим тестированием. И – удивительно – многое из географического образования очень пригодилось. Например, знания из математической статистики, базовых вещей из социологии – чем меня сумели-таки напичкать на родном факультете. Ну и, конечно, – полученное на первых двух практиках умение оформлять письменные отчеты и работать в авральном режиме, чтобы успеть к сроку.

Поговорив с шефом на фирме, я понял, что летом у меня почти не будет дел, да и он сам не хотел бы платить мне за то, что я буду сидеть в душной Москве на холостых оборотах. Меня отпустили на три месяца.

Практика была рассчитана на все лето, и первый этап проходил в Галиче – маленьком городке Костромской области.

Четвертого июня мы выехали. Пять студентов без преподавателя. Куратор собирался ехать с нами, но задержался. Из нас только один был по-настоящему серьезным студентом – Миша. Он ходит на все лекции и в свободное время читает научные монографии из области экономики и географии. Почти все студенты нашего курса ксерят у него лекции. Бери он за это скромную плату, за пару лет накопил бы на иномарку.

Но вернемся к содержанию практики. Цель звучит красиво: «Разработка стратегии устойчивого развития Галичского муниципального образования до 2020 года». Мы выучили этот лозунг наизусть и щеголяли им при встрече с каждым чиновником или промышленником. Для выполнения нашей миссии посетили все отделы местной администрации, несколько мелких заводов, очистные сооружения, управление мелиорации, два лесхоза, краеведческий музей, местного батюшку и два религиозных праздника. Набрали невероятное количество отчетов, статистики, различных баз данных.

Документы в администрации, надо признать, составлены так себе. Вспоминается гоголевский «Ревизор». Добила нас гениальная фраза: «Дно Галичского озера богато сапропелем и глиноземом». Насчет сапропеля все верно, но глинозем... Помните у Ильфа и Петрова про падение стремительным домкратом? Это из той же серии.

Между тем Галичское озеро – огромное блюдце длиной и шириной почти по десять километров. Его дно все время зарастает илом – сапропелем. Ил можно добывать, очищая тем самым озеро и предотвращая его заболачивание, и делать уникальные удобрения. Но об этом больше разговоров, чем дел. Озеро продолжает зарастать и мелеть. В самой его середине можно нырнуть и достать дна. Там не больше трех метров. И есть вероятность, что когда-нибудь на его месте будет Галичское болото.

Было время, в озере добывали огромное количество рыбы. Теперь местный рыбхоз еле сводит концы с концами. Мне, заядлому рыболову, местные сразу сказали, чтобы на спиннинг или удочку ловить в озере даже не пытался – никогда не клюнет.

Поэтому я, накопав червей на огороде Валентины – молодой женщины из городской администрации, приписанной к нам в качестве няньки-гида, – отправился на второй день в три утра к речке Челсме, что в пяти километрах от города.

Вернулся в десять утра. Насквозь промок, лазая по кустам вдоль берега, и был зол. Никакого улова. Окунь не брал на червя у дна, плотва не брала на хлеб у поверхности. А вот проклятый ерш обгладывал моих червей повсюду, на любой глубине, у берега и на середине реки. Разве что из воды не прыгал мне в руки...

Но кому сейчас нужен ерш? А было время – в царской России ерш очень ценился. В Галиче его вылавливали сотнями тонн и делали из него так называемый вандыш. Рыбу закладывали в раскаленные печи на ночь, вытапливали жир, который сливали в бочки. А сам ерш настолько усыхал, что его можно было есть, лузгая, как семечки. Он и назывался вандышем. Говорят, в голодные годы запасы вандыша спасали город.

Однажды мы со студентом кафедры ландшафтоведения Романом из любознательности провели своеобразный рейд: высадились из автобуса на противоположной стороне озера и устроили поход обратно в город. Прошли сорок два километра, из которых десять – по непролазному лесу и болоту. Шли тринадцать часов почти без остановок.

По пути хотели купить еду в каком-нибудь местном сельмаге и ради этого заходили в три деревни, обозначенные на карте как здоровые села. На месте каждой не нашли ничего, кроме полуразрушенных домов. В третьей деревне нам попалась единственная жительница – дачница из Петербурга. Она-то и спасла нас, дав хлеба, колбасы и яиц.

Вернулись ночью, измочаленные, еле ворочающие языком. Постучались в запертое уже общежитие. Комендантша решила, что мы пьяны, в таком состоянии мы были от усталости, и не преминула настучать в городскую администрацию. И было нам на следующий день весело.

Последующие дни наполнены разъездами по предприятиям, вечерними или даже ночными посиделками с обитателями техникумовской общаги. Очень милые ребята, своеобразные. Образуют даже некое подобие субкультуры. Образ жизни у них такой: спать или бить баклуши, пока из соседнего учебного корпуса не позвонит коменданту преподаватель и не попросит выгнать Иванова или Петрова, чтобы тот шел на занятия.

Вечером обычно собирается человек десять, чтобы кутнуть. Есть у студентов техникума и свое фирменное блюдо. На сковородку кидают шматок масла, и, когда оно растает, насыпают сухие макароны. Как только они «обжарятся», заливают водой и посыпают солью. Ждут, когда вода выкипит, и прямо из сковородки едят. Сытно и вкусно, особенно с майонезом. Вот так и живут.

Как будет дальше развиваться Галичское муниципальное образование до 2020 года, представляю весьма смутно. Пока это городок в восемнадцать тысяч жителей, где нет зданий выше пяти этажей. До глубины души поразил местный автопарк: «Москвичи-412», «копейки» и уазики, которые в местную жизнь вписываются лучше всего, если принять во внимание качество дорог в ближайших пригородах. Попадаются двойники уазиков – древние «ЗиСы». Гоняют по городу и две «Победы»: белая и черная. Такси – только «Ока».

Проголодавшись, заходишь на центральной площади, напротив городской администрации, в «Русский чай», больше известный как «Чайник», – главное место утреннего опохмела, дневного перекуса, вечерних пьяных драк, утреннего опохмела... и т.д. Сосиски в тесте, мясные пирожки и маленькие пиццы дадут фору любому московскому «Маку» или шаурме. А цены! На семьдесят рублей наешься, как Винни-Пух.

На следующий этап третьей практики я не попал – прихватило почки, и пришлось лечиться. Наверное, пропустил что-то не менее интересное и не извлек каких-то новых уроков. Но и об уже полученных нисколько не жалею.

Илья КУЗЬМИНОВ, студент геофака МГУ

От редакции: Счастливый человек Илья Кузьминов и его товарищи. У большинства сегодняшних студентов практика - пустая формальность, даже если она есть.


К началу ^

Свежий номер
Свежий номер
Предыдущий номер
Предыдущий номер
Выбрать из архива