Студенческий меридиан
Журнал для честолюбцев
Издается с мая 1924 года

Студенческий меридиан

Найти
Рубрики журнала
40 фактов alma mater vip-лекция абитура адреналин азбука для двоих актуально актуальный разговор акулы бизнеса акция анекдоты афиша беседа с ректором беседы о поэзии благотворительность боди-арт братья по разуму версия вечно молодая античность взгляд в будущее вопрос на засыпку вузы online галерея главная тема год молодежи год семьи гражданская смена гранты дата дебют девушка с обложки день влюбленных диалог поколений для контроля толпы добрые вести естественный отбор живая классика загадка остается загадкой закон о молодежи звезда звезды здоровье идеал инженер года инициатива интернет-бум инфо инфонаука история рока каникулы коллеги компакт-обзор конкурс конспекты контакты креатив криминальные истории ликбез литературная кухня личность личность в истории личный опыт любовь и муза любопытно мастер-класс место встречи многоликая россия мой учитель молодая семья молодая, да ранняя молодежный проект молодой, да ранний молодые, да ранние монолог музей на заметку на заметку абитуриенту на злобу дня нарочно не придумаешь научные сферы наш сериал: за кулисами разведки наша музыка наши публикации наши учителя новости онлайн новости рока новые альбомы новый год НТТМ-2012 обложка общество равных возможностей отстояли москву официально память педотряд перекличка фестивалей письма о главном поп-корнер портрет посвящение в студенты посмотри постер поступок поход в театр поэзия праздник практика практикум пресс-тур приключения проблема прогулки по москве проза профи психологический практикум публицистика путешествие рассказ рассказики резонанс репортаж рсм-фестиваль с наступающим! салон самоуправление сенсация след в жизни со всего света событие советы первокурснику содержание номера социум социум спешите учиться спорт стань лидером страна читателей страницы жизни стройотряд студотряд судьба театр художника техно традиции тропинка тропинка в прошлое тусовка увлечение уроки выживания фестос фильмоскоп фитнес фотокласс фоторепортаж хранители чарт-топпер что новенького? шаг в будущее экскурс экспедиция эксперимент экспо-наука 2003 экстрим электронная москва электронный мир юбилей юридическая консультация юридический практикум язык нашего единства
Голосование
Редакционный совет

Ростовцев Юрий Алексеевич
Главный редактор издания

Репина Ирина Павловна
Генеральный директор издания


Святослав Бэлза, Юлия Казакова, Ольга Костина, Кирилл Молчанов, Тимур Прокопенко, Владимир Ситцев, Людмила Швецова, Кирилл Щитов, Валентин Юркин


Наши партнеры










Номер 03, 2007

Вторая волна Дмитрия Нагиева

Даже если бы несостоявшийся дзюдоист Нагиев не мелькал сейчас на экранах, он все равно сотрясал бы эфир комментаторской рубки. Лиши его сценических эпатажей в духе кота-эротомана из «Кыси» Кунина или китчевой программы на закрытом уже радио «Модерн», или даже рейтинговых ТВ-приколов вроде «Задов in Reality» и не менее кассовых боевиков а’ля «Русский спецназ» и «Охота на Изюбря», он все равно нашел бы свое «окно» в зал, на площадь, в динамик автомагнитолы и домашнего «ящика».

О тонкостях поиска своей ниши и цене жизни в «заоконье» Дмитрий Нагиев рассказал корреспонденту «Ст.М», сняв галстук. Вернее, маску, что больше подходит главному имиджмейкеру страны.

Дмитрий Нагиев- Почему вы все-таки выбрали мефистофелевскую маску?

- Самый беспроигрышный вариант из всех возможных, если хочешь, чтобы тебя заметили. Я же не захватил волны, куда вошли иные поп-дивы и артисты, включая питерский «Городок». Нужно быть первым в бизнесе, поскольку первое всегда интереснее второго: оно дает самые высокие дивиденды в восприятии публики, а значит, и хорошие гонорары.

Все знают Валерия Чкалова, не помня толком, что тот пролетел под мостом. А каскадера, который на съемках фильма о Чкалове похожий «подвиг» совершил восемь раз, не знает никто. И мне в силу возраста не повезло стать первым: в шоу-бизнесе все сказали и придумали до меня, и только роль «плохого парня» казалась незанятой. Я подобрал то, что лежало под ногами, и теперь трепыхаюсь на второй волне. В меру своих сил и способностей. Ну, не выпало пока Спилберга – надо делать то, что выпало.

- Выходит, вы лукавите, когда говорите, что актер – существо подневольное?

Дмитрий Нагиев- Если мы берем за скобки талант, все остальное – полностью твоя зависимость от воли режиссера. Так называемые сомнительные программы типа «Окон», помимо всего прочего, давали мне относительную независимость и роскошь отказываться от проходных ролей во второсортных сериалах.

Правда, сейчас, когда большое кино повернулось ко мне лицом, больше возможностей выбирать роли, но опять-таки – из предложенного. Я же сам ничего не пишу и не ставлю. Но бороться с амплуа – неблагодарное дело. Шварцнеггера и Брюса Уиллиса мы помним по боевикам, и вряд ли я пойду на Сталлоне в роли шута в «Двенадцатой ночи».

В сложившихся образах, поверьте, нет ничего плохого, если, конечно, ты не халтуришь. Разноплановость для актера вообще минус. Мои коллеги меняют амплуа от безысходности, от желания зарабатывать и существовать в профессии. В идеале же достаточно, как в Голливуде, сняться дважды в год в хороших фильмах и получить двадцать миллионов долларов, а все оставшееся время работать над собой.

- Вам самому эта мысль не кажется циничной?

- Знаете, когда бедный художник обратился за протекцией к Сальвадору Дали со словами: «Я готов ходить в обносках только, чтобы стать великим», мэтр отказал ему: «Тебе не быть великим, поскольку ты способен носить лохмотья». Вот и я придумал, что достоин большего и стремлюсь к тому, чтобы мои цели не были слишком мелкими – тогда достигнутое, возможно, и приблизится к задуманному. И в мечтах о Гамлете я, может быть, сыграю могильщика. А моя деятельность, возможно, вырулит в актерское русло: я буду радовать зрителей и тешить свое самолюбие, служа на театральных подмостках и снимаясь в хорошем кино, может быть, даже в Голливуде. И предложения Бортко, Титова и Тодоровского дают мне основание думать, что я уже вырулил на эту дорожку.

Дмитрий Нагиев- Но это же тщеславие...

- Я вас умоляю! Надо дело делать, а не искать душевно-русское. Это все сказки про Обломова – про то, что можно валять дурака и оставлять душу в чистоте. Мне было бы стыдно перед сыном, что я ему ничего не дал, кроме рассказов о том, как я в молодости садился на шпагат.

Я мог бы сейчас солгать, что душа важнее, но как только понимаю, что за мной стоит толпа людей, за которых несу ответственность – начиная с любимой, сына, мамы, папы – все разговоры о высоком отходят на второй план. А потом тщеславны все, кто хочет и умеет работать. «Звездной болезни» не жаждут только плебеи и артисты-алкоголики. Перефразируя Клауса-Марию Брандауэра, я шел в эту профессию «не для того, чтобы быть неизвестным». Понимаете?

- Вы, наверно, требовательны к себе и другим. Странно только, что бюджет «Задова» был небольшим, а звезды в ваш проект валом валили: Лифанов, Боярский...

- Про меня вообще говорят, что я скандалист: на того наорал, этого выгнал. Чушь! Просто терпеть не могу пьяных мужиков на съемочной площадке. И ненавижу непрофессионализм. Если администратор не выполняет своих функций, плохо работает, я так и говорю ему в глаза: «Плохо!» Когда на съемках «Скалолазки» в пустыне вместо долгожданного тенька мне предложили табуретку на солнцепеке, меня это вышибло сразу. Потому, наверно, и звезды «валят», что я никогда не подвожу в работе. Не опаздываю, не пью, не подличаю и не подсиживаю никого. И надеюсь, что вправе требовать того же и от других.

Дмитрий Нагиев- Как это вам удалось избежать «звездной болезни»?

- Есть мера «звездности»: главное – не пить «с народом», не позволять себя хлопать по плечу и вообще сохранять иронию к себе. Когда от первого интервью у меня вскружилась голова и в клубах начали звать за столики, я понял: долго так не протяну. Хама популярность обыдлит, но если ты скобарь в меру – ищи красивые и достойные вариации своего существования в состоянии популярности.

- Например?

- Стоит попасть в Эрмитаж, как несешься в залы итальянцев. Точно так же, как в Лувре, – мимо шедевров – к микроскопической «Джоконде» за толстенным стеклом. Однажды проезжаю мимо Эрмитажа, и вдруг что-то стукнуло в голову: надо зайти и наконец-то пройтись спокойно. Съемки закончены, вечер, почти ночь. Торможу машину, забегаю, уже с черного хода: «Здравствуйте, вы меня пустите?» – «Да, конечно, Дима, проходите».

- Но есть же и неприятные стороны популярности?

- У меня больше поклонников, чем недоброжелателей. Ушло то время, когда мой подъезд исписывали нецензурщиной. Но и сейчас из парадного выйдешь – дежурят, даже отца караулят с фотокамерами, и маму бедную замучили звонками. Но пусть уж так, чем совсем ни души у служебного входа в театр. Иначе испугаюсь, начну бить копытом и волноваться.

- Как же уберечь себя от дурной славы, которую вам приносили «Окна»?

- Наверное, виною всему даже не «Окна», а «Чистилище» Невзорова: я был настолько убедителен в роли чеченского полевого командира, бешеного пса войны, что отрицательный образ приклеился. Если бы был первым клоун, эксплуатировали бы мои комедийные данные...

Дмитрий Нагиев- Но вы как-то же оправдывали для себя участие в скандальном ток-шоу?

- Да что оправдывать-то? Есть вещи, которые по-настоящему тупят нацию: то же десятидневное новогоднее спаивание народа. «Окна», по крайней мере, давали возможность выбора: не хочешь – не смотри. И потом, никогда с экрана я не ругался матом, у меня нормальная речь, у меня мама – филолог, и я что-то еще читаю, и смею надеяться, что с экрана говорю неглупые вещи. Если программа бросала тень на меня, это минус мне, но, в общем, своей вины в оболванивании нации я не чувствую.

- Зато в «Окнах» не раз срывались на рукопашную...

- Есть эпизоды – вышли отдельной кассетой – их не решались ставить даже в эфир. Там я одному губу разбил, другому нос сломал. Бил за быдляцкое хамство, причем в девяти случаях из десяти в адрес не свой, а женщины. Кстати, Розенбаум на съемках «Однажды вечером» после очередного нескромного вопроса на меня собак спустил: «Я сейчас тебе в морду дам!» Я говорю: «Ну, дай! Надо не говорить, а делать». Остыл сразу же – до сих пор приятельствуем.

Я и в детстве дрался – помоечном, как все наши детства. И в юности, когда фарцевал на знаменитой питерской галерее. И потом, когда летал из Петербурга в Москву и обратно на съемки эконом-классом. Рейсы задерживали, завязывалась потасовка, и я всегда оказывался в эпицентре – ну, как медом намазано. Сейчас сознательно себя ограждаю от «дурного влияния» – летаю бизнес-классом и не хожу в рестораны, где могут обидеть мою девушку. Положение позволяет, и в этом тоже плюс «дурной» славы.

- Вы считаете, что художник должен быть сытым?

- Все эти басни про голодного художника выдумал или большевик, или сволочь. Когда желудок липнет к спине, ты думаешь только о еде, но никак не о творчестве. Меня же бедность унижает, и я готов вкалывать, как папа Карло, лишь бы она не вернулась. Лишь бы не рыдать от старых жмущих ботинок, как в студенческие годы, когда на новые денег не хватало. В актерстве я тоже уже зацепил этап кухонных посиделок с обсуждением своего непонятого таланта – спасибо, больше не надо.

- Не устали еще от придуманного себе имиджа?

- Вначале большие артисты сами создают о себе мифы, а потом уже делают вид, что от него устали (смеется). Да, устал от восприятия себя в глазах окружающих. Очень! А раз очень – уйди, не занимай чужого места. Я же в силу разных причин не могу отказаться от телепроектов. Ну, если бы мне постоянно звучали предложения от Никиты Михалкова, я бы откликнулся. А потом, вам не кажется, что я уже переломил отрицательный имидж?

- Да, у вас уже два эксплуатируемых образа – клоун и злодей. Тоже ваша заслуга?

- Я столько нашакалил за свою жизнь: и прапорщик Задов, и вереница бандитов, что режиссеры путаются. Для одних я – белый клоун, умирающий в только что отснятой картине «На полпути к сердцу», а для других – жестокий солдафон из нового экшна «Скалолазка». Или и то, и другое в одном лице, как в «Новогоднем киллере», где я и убийца по кличке Скрипач, и маэстро. Может, я клоуном просто был и остаюсь, не знаю.

- Бесконечная игра в злодеев, а раньше и копание в чужом белье оставили опечаток на вашей жизни?

- Если бы я, играя собаку, поверил, что я собака, впору было бы вызывать санитаров. Роли в кино пропускаю через себя, а как же иначе? Нельзя играть мразь, грозно сдвинув брови, – не поверят. А на телевидении я ни на минуту не забываю, что все это балаган. Стараюсь держаться над ситуацией, что не всегда получается. Когда с нервами беда, и ты в силу своей деятельности должен балансировать на грани, остается надеяться только на профессионализм – то есть мастерство освобождения от образа, как учил Станиславский.

- Профессионализм предполагает умение находить время для себя?

- Здесь меня прихватило на съемках – увезли в больницу, пришлось отменить несколько работ. Отлежался, вышел – ничего не изменилось! И меня как ударило: а ведь то, ради чего ты загоняешь себя, как белка в колесе, – миф. Остановился, перевел дыхание, собрался с мыслями, расставил акценты и пошел дальше – и в этом тоже профессионализм. Но до такого уровня я пока не дотянул: живу, на всю катушку используя ресурсы, данные природой, как будто бы бессмертен.

Мой директор уже договаривается с Госдумой, чтобы сутки растянули до 56 часов. Шутка, конечно, но на злобу дня. Не умею отдыхать, плохо сплю (кстати, пока разговариваем, выпивает очередную чашку кофе с сигаретой), в отпуске давно не был. Успокаиваю себя «рабочими» выездами за границу, будь то «Большие гонки» на юге Франции или съемки «Скалолазки» в Чехии. Но так, чтобы покататься на лыжах – давно не было. С моим графиком начинаешь ценить незатейливые радости – котлетку перед телевизором, лежание на диване. Но и это редкость. Работа меня прежнего вытесняет, но пускай уж работа, чем невостребованность.

- Может, побег в работу связан со страхом одиночества?

- Увлекся недавно цветами, купил уродца в горшочке, тот пустил побеги. Купил еще два, потом драцену и фикус. Плохо за ними ухаживаю, но люблю, и они это чувствуют – радуются, когда приезжаю с гастролей: «О, хозяин вернулся! Скоро будет вода!» Возился с ними, пока не прочитал, что домашними цветами увлекаются душевно одинокие.

- В вашей жизни остались друзья?

- Жизнь суматошная, не в каждом распознаешь друга. Наверняка, у тебя есть преданные и искренние люди, но как их разгадать? Мешает подозрительность: а вдруг нужен не ты, а твои связи, деньги, слава? Дружить взасос – ни возраст, ни статус не позволяют. Раньше встречались, выпивали, знакомились с девушками, и это считалось дружбой до гроба. Когда же стал Нагиевым на том уровне, когда, скажем, гаишникам не нужно предъявлять документы, школьные друзья отвернулись. От страха ли, от зависти, не знаю. С количеством работы падает качество личной жизни.

- За всей вашей суетой время на сына остается?

- Раньше вместе ходили в спортзал, а теперь вместе работаем. Кирилл – администратор на моих программах. Сначала на проекте «Задов in Reality» подвизался «младшим муравьем»: подай-принеси-разгрузи. И получал зарплату. Теперь вот дорос до «личинки», в этом вижу и свою заслугу.

- Ваше гипертрофированное чувство первенства связано как-то со спортом?

- Когда я боролся за сборную Питера по самбо, а потом и страны, и добивался мастера спорта, соревновательный дух не давал мне покоя. И сейчас есть момент зависти, если кто-то моей комплекции отжимает от груди сто сорок килограммов, а я – сто десять. Но зависти доброй. В остальном она у меня злая. Сын у меня, кстати, тоже самбист. Я его научил навыкам самообороны, у Кирилла коричневый пояс. Это не наследственность, а просто понимание необходимости...

- От чего вам как публичному человеку, да еще с таким неоднозначным имиджем, нужно оберегать себя и своих близких в реальной жизни?

- Как и большинство медийных лиц, я лишен простых житейских радостей.

Сын в спортлагерь вынужден был ездить под чужой фамилией, боясь «отместки» за мою славу. И я не мог его навестить, чтобы вдруг «не узнали». Завидую артистам, которые спокойно ходят по улицам: я же всегда в кепке и черных очках, покупки в супермаркете делаю очень быстро, чтобы не заметили, и не выдерживаю долгого пребывания в людных местах.

Может, стоит поговорить с психологом. У меня ведь, сами говорите, не такая популярность, как у Леонова или Смоктуновского, перед которыми снимали шляпу. Я – братан, и меня вроде запросто можно ткнуть под локоть и сказать: «О, Нагиев!»

- Ваша частная жизнь закрыта от посторонних глаз. Вы держите дистанцию с прессой: не даете снимать дом, никогда не утверждали и не опровергали, что женаты. Почему?

- Не хочу, чтобы объективы косили в сторону Нее или мамы и папы. Хорошее выражение «мир искусства – мир иллюзий». Если зрителя приглашать за кулисы, пропадет магия театра, а если и вовсе впустить в себя – ты пропадешь как волшебник. И я держу дистанцию, это условие профессии. Потому что нельзя стать народным, рекламируя дешевые шубы и ходя по рынку. И потом в стране, где не платят зарплату, кощунство говорить, что ты отдыхаешь на Сейшелах и любишь дорогие иномарки.

- По этой же причине вы не ходите на тусовки, если только они не сулят нужных контактов и финансовой пользы?

- Я готов к премьерам людей, к которым – «с полной симпатией». И к церемониям, фестивалям, презентациям, где нужны мои услуги ведущего. Поэтому предлагаю оплатить свой приход, называя, впрочем, вполне умеренные цены – не за роль декорации, а за то, что приеду в клуб и что-то сделаю. А просто тусить ради того, чтобы вместо Мадонны дождаться двух ее пьяных охранников и от них получить огурцом в физиономию, – увольте.

- Ваш эпатаж, выходит, знает пределы?

- Мне казалось, я знаком с азами бизнеса на первом этапе: неважно, чем ты занимаешься, – важно, что ты существуешь и узнаваем. Дальше главное – как раз, чем занимаешься. Так вот, мне сейчас важен продукт, а не мишура вокруг него.

«А почему я песен твоих не слышу?» – задаю я немой вопрос артистам, про чьи свадьбы, беременности и адюльтеры читаю. Почему тебя видят только пьяным и с бабами? Почему ты танцуешь на столе с задранной юбкой? В разгар одной вечеринки известный артист оголил зад, и я подошел к нему с вопросом: «Шура, зачем?» Ради глупых статеек в бульварной прессе – высосанного из пальца псевдовозбудителя? Но скандал нужен потом, а первое – все же работа и твой талант. Как бы Алла Борисовна ни пыталась гладко зачесываться, ездить в метро – она раздражитель сама по себе, потому что личность.

- Но популярность популярности рознь.

- Приезжаю на гастроли куда-нибудь, а там в параллель с моей «Кысью», собравшей стадион, – потрясающий спектакль, московские театральные легенды, и публики мало. Беру цветы охапками и отправляю букеты кумирам. А недавно прочитал интервью одного уважаемого мной актера: дескать, нельзя, мелькая в детективах и криминале, играть Иуду. Неужели не понимает, что я делаю все это вопреки, что я просто поставлен в такие условия?

Маска только позволяет оправдать неоправданное, и это противоречие тебя и твоих комплексов дает шанс двигаться вперед. Если только, конечно, комплексы не граничат с гадостью, чего я, смею надеяться, все же избежал. По крайней мере, посуду в отеле не бью и день рождения под статуей Свободы не отмечаю.

Беседовала Наталья ЕМЕЛЬЯНОВА


К началу ^

Свежий номер
Свежий номер
Предыдущий номер
Предыдущий номер
Выбрать из архива