Студенческий меридиан
Журнал для честолюбцев
Издается с мая 1924 года

Студенческий меридиан

Найти
Рубрики журнала
40 фактов alma mater vip-лекция абитура адреналин азбука для двоих актуально актуальный разговор акулы бизнеса акция анекдоты афиша беседа с ректором беседы о поэзии благотворительность боди-арт братья по разуму версия вечно молодая античность взгляд в будущее вопрос на засыпку вузы online галерея главная тема год молодежи год семьи гражданская смена гранты дата дебют девушка с обложки день влюбленных диалог поколений для контроля толпы добрые вести естественный отбор живая классика загадка остается загадкой закон о молодежи звезда звезды здоровье идеал инженер года инициатива интернет-бум инфо инфонаука история рока каникулы коллеги компакт-обзор конкурс конспекты контакты креатив криминальные истории ликбез литературная кухня личность личность в истории личный опыт любовь и муза любопытно мастер-класс место встречи многоликая россия мой учитель молодая семья молодая, да ранняя молодежный проект молодой, да ранний молодые, да ранние монолог музей на заметку на заметку абитуриенту на злобу дня нарочно не придумаешь научные сферы наш сериал: за кулисами разведки наша музыка наши публикации наши учителя новости онлайн новости рока новые альбомы новый год НТТМ-2012 обложка общество равных возможностей отстояли москву официально память педотряд перекличка фестивалей письма о главном поп-корнер портрет посвящение в студенты посмотри постер поступок поход в театр поэзия праздник практика практикум пресс-тур приключения проблема прогулки по москве проза профи психологический практикум публицистика путешествие рассказ рассказики резонанс репортаж рсм-фестиваль с наступающим! салон самоуправление сенсация след в жизни со всего света событие советы первокурснику содержание номера социум социум спешите учиться спорт стань лидером страна читателей страницы жизни стройотряд студотряд судьба театр художника техно традиции тропинка тропинка в прошлое тусовка увлечение уроки выживания фестос фильмоскоп фитнес фотокласс фоторепортаж хранители чарт-топпер что новенького? шаг в будущее экскурс экспедиция эксперимент экспо-наука 2003 экстрим электронная москва электронный мир юбилей юридическая консультация юридический практикум язык нашего единства
Голосование
Редакционный совет

Ростовцев Юрий Алексеевич
Главный редактор издания

Репина Ирина Павловна
Генеральный директор издания


Святослав Бэлза, Юлия Казакова, Ольга Костина, Кирилл Молчанов, Тимур Прокопенко, Владимир Ситцев, Людмила Швецова, Кирилл Щитов, Валентин Юркин


Наши партнеры










Номер 02, 2006

Пигмалион и Мата Хари

О мастерстве этой актрисы даже приученные огрызаться и плеваться театральные критики почти всегда отзываются не просто хорошо, а примерно так: «гениальна» или «каждый раз она играет, как в последний». Ее эпизодические появления на экране – всегда запоминающийся персонаж, за которым отчетливо видна судьба, главные роли – событие.

Из разговора с ней становится ясно: Инга Стрелкова-Оболдина отлично знает себе цену. Но это не нарочитое бахвальство, а спокойная уверенность в себе. Искренняя любовь к профессии, какой-то сдержанный фанатизм, увлеченность, которую легко уловить в интонациях и жестах. Она непосредственна и открыта. А иногда так виртуозно глазами и голосом рисует ситуацию или человека, о которых идет речь, что я чувствую себя зрителем мини-спектакля.

Еще несколько часов назад она была на съемочной площадке в Санкт-Петербурге. (Нынче, объясняет Инга, питерская атмосфера чрезвычайно популярна у московских режиссеров). Через пару дней выйдет на сцену в спектакле «Сахалинская жена» любимого режиссера и супруга Гарольда Стрелкова. Потом она отправится на гастроли в Штаты с театральной сенсацией 2003 года – «Вишневым садом» Эймунтаса Някрошюса. И обязательно вырвется из столичной круговерти в «уральскую Швейцарию» – родной город Кыштым к маме, папе, горам, озерам и сосновым лесам – всему, что вдохновляет и заряжает новой энергией. А пока у нас есть немного времени на кофе и разговор.

Сразу же понимаю: сегодня Инга Стрелкова-Оболдина увлечена не только лицедейством, но и новым совместным проектом с Гарольдом Стрелковым. Режиссер пробует себя в театральной педагогике: в Сургутском драматическом театре он набрал актерский курс и теперь путешествует из Москвы в Сургут и обратно. Инга собирается присоединиться к мужу, как только в съемочном графике появится «окно».

Можно не сомневаться: предприятие Стрелкова и Оболдиной обречено на успех. Потому что все, за что ни возьмутся эти двое, непременно оказывается на виду и на слуху. Спектакль «Сахалинская жена», появившийся в 1996 году, когда они еще учились в РАТИ у Петра Фоменко, стал лауреатом «Московских дебютов» сразу в двух номинациях «Лучшая режиссура» и «Лучшая женская роль». Легенда «Мата Хари» в постановке Гарольда Стрелкова с Ингой Оболдиной в главной роли была номинирована на премию «Чайка» и удостоена премии «Триумф» в 2004 году.

– Гарольд мне только что смску прислал, какой потрясающий показ он посмотрел, – увлеченно рассказывает Инга. – Там очень талантливые ребята. Не обремененные внешней калькой, которая должна во что бы то ни стало блестеть. Им ничего не надо играть. Они выходят на сцену, начинают говорить, и ты потрясаешься тому, какой это уже театр!

– А почему за талантами пришлось ехать так далеко?

– Несколько лет подряд мы ездили в Сургут на театральные постановки. А недавно худрук театра, Тамара Лычкатая, предложила набрать курс. И Гарольд с удовольствием пошел преподавать, потому что точно знает: никто над творчеством довлеть не станет. Там нет каких-то дисциплинарных вещей, нет декана, который будет требовать отчетов. Он сам составляет программу. Но главное – там потрясающе одаренные люди. Вообще Урал и Сибирь – это прямо кузница талантов. Он говорит, что они не стеснены никакими рамками, а поэтому свободны. Говорит, что вытворяют та-а-акое, что дух захватывает!

Очень часто актер приходит учиться талантливее, чем выходит. В нашей профессии ведь нет канонов обучения. Поэтому зачастую первые два года идет просто «спортивная подготовка». И она в конечном итоге мало кому пригождается на сцене. Поэтому нам с Гарольдом важно самим сформулировать программу, отбросив все то, что нам в свое время пошло во вред, что потом пришлось искоренять. В Сургуте эти ребята не будут выброшены на улицу после окончания обучения. Они придут в театр, куда Стрелков, который их учил, будет приезжать для постановок. Мне кажется неправильной московская система: ты отучился у Фоменко – а идешь в Малый театр или из школы-студии МХТ – в Вахтанговский. В театре снова сдаешь экзамены – и тебе говорят: «Нет, девочка, ты нам не подходишь»… В Сургуте не будет расхождений в том, чему их учили и чего будут от них требовать в театре.

– Первое образование, которые вы получили в Челябинском институте культуры, режиссерское. Кто разглядел в вас актрису?

– Я с детства занималась всем, что развивало творческие способности. Мои родители, Валентина Николаевна и Петр Александрович Гудимовы (Гудимова – девичья фамилия Инги, Оболдина – творческая – А.Б.), это всячески поощряли. Все домашние праздники проходили по сценариям. У нас дома было море пластинок. Я слушала их, фантазировала, пыталась что-то ставить. Мы с друзьями-первоклассниками две тысячи раз прогоняли пластинку, чтобы записать ее содержание. Можно представить себе темп письма ребенка и состояние родителей, которые тихо сходили с ума за стенкой. Но, тем не менее, никаких преград в самореализации не было. Наверное, поэтому я с детства ощущала, что в творчестве позволено все. Можно даже было взять для какого-нибудь «спектакля» мамину лисью шапку и потерять ее – мне за это ничего не было. За все остальное – влетало, за это – никогда.

Но я почему-то считала, что мечтать быть актрисой очень стыдно. Мне казалось, это все равно, что мечтать быть самой лучшей, самой красивой. Я решила поступать на театральную режиссуру. Но сразу начала больше играть, чем ставить. Людям со стороны и педагогам это понравилось, и они стали поговаривать: «Поезжай в Москву. Поезжай в Питер». Эта идея бродила во мне, но все никак не вызревала… Амбиций не было, были мечты – поиграть с любимыми актрисами: Инной Чуриковой, Мариной Нееловой.

– Чем отмечен путь из Челябинска в Москву?

– У Гарольда была мечта – поехать в Москву и продолжить учиться на режиссера. В какой-то момент мы решили, что будем вместе и в жизни и в профессии. Все как-то странно совпало. Наш челябинский режиссер, Виктор Александрович Дель, которого мы все обожали и боготворили, уехал в Германию, и мы остались на свободе – и рванули в Москву. Сейчас вовсю сбывается эта мечта: нас так и зовут вместе – его ставить, меня играть.

Семейному и творческому союзу Оболдиной и Стрелкова уже 15 лет. Любовь они сначала сыграли в студенческом спектакле, а потом поняли, что «доигрались» до настоящих чувств. Штурмовать столичные подмостки актриса и режиссер отправились вместе. Вдвоем поступили в мастерскую к Петру Фоменко в РАТИ, выдержав невероятный конкурс. А потом дуэтом покорили не только театральную публику, но и дотошных критиков и недоверчивых коллег-актеров.

Теперь у них есть свой театр – «СтрелкоVтеатр» (это Гарольд Стрелков, Инга Оболдина, Алексей Зуев, Сергей Серов, Александр Сухарев, Дмитрий Прокофьев, Ксения Караева, Ксения Громова). Труппа образовалась уже давно: некоторые актеры работают со Стрелковыми десять лет. Но только недавно у театра появилась статус и свой офис на юго-западе Москвы. Правда, пока нет своей площадки, но зато есть коллекция замечательных постановок, которые актеры «СтрелкоVтеатра» играют в Театральном доме на Старом Арбате (Филипповский переулок, 11), в Театральном центре на Страстном, в «Щуке».

– Сейчас вот замыслили в нашем театре спектакль по Стругацким «За миллиард лет до конца света», – рассказывает актриса.

– Стрелков – ваш любимый режиссер?

– Представьте, да! И это большое счастье. Я часто возмущаюсь поведением своих коллег: «Что же вы сидите на месте!» На что они отвечают: «Тебе легко говорить, у тебя есть свой режиссер». Пошла «налево» – попробовала другой стиль, другой жанр, а потом вернулась в свой дом. Потому что тот театр, который делает Гарик, – мой театр. То, что я есть сейчас, сделал Гарольд. Он давал определенные роли на каком-то этапе, чтобы я росла. Те роли, которые мне не свойственны. Например, девяностолетнюю бабушку в «Сахалинской жене», хромую, косую, которая спит со всеми подряд за три копейки. Для меня это был нонсенс. Но эта острохарактерность дала положительный результат. Или недавняя наша «Мата Хари». Я руками и ногами упиралась: «Это не я!» Но он убедил – и снова успех.

Вообще я в плане актерства – Галатея. Первым Пигмалионом был Виктор Александрович Дель, который сказал, что я актриса. Вторым – Петр Наумович Фоменко, который научил (не могу сказать, как, могу только сказать «научил»). Ну а все остальное – Гарольд.

– Вам сейчас не хочется вернуться к режиссуре?

– Могу громко сказать: я хороший детский режиссер. Только полтора года назад передала свою детскую театральную студию «Начало» в Центральном доме актера потрясающему режиссеру Елене Салейковой. А до этого ставила спектакли. Могла совмещать. Сейчас просто не успеваю. А заниматься взрослой режиссурой я не представляю возможным, потому что делать хуже Стрелкова не хочу, а лучше – не могу… Знаете, многое из того, что у нас сегодня называется режиссурой – это скорее удачный коллаж, монтаж, компиляция. Настоящие режиссеры – штучные.

– До того, как появилась «Сахалинская жена», и в Москве о вас заговорили, были ведь и другие спектакли, менее известные, но, может быть, судьбоносные…

– Был один спектакль, который очень странно закончился… Хотя, думаю, у него будет продолжение. Может быть, удастся этот проект реализовать в кино, поскольку сейчас Гарольд стал еще и кинорежиссером. У нас был такая тема – Жанна д’Арк. Именно с ней мы приехали в Москву. Все разборы пьес на экзаменах Гарольд писал по Жанне, а я играла отрывки. Еще в студенческие годы мы выпустили спектакль «Жанна д’Арк. Детство». Петру Наумовичу он очень нравился. Там играли дети из моей студии. Позже мы сделали продолжение – «Жанна д’Арк при дворе и на войне» по роману Марии Круг фон Потурцин, по роману Марка Твена «Жанна д’Арк» и по киноповести Глеба Панфилова. Это была большая, настоящая постановка. Мы перелопатили гору материала. Когда в первый раз собрали спектакль, то играли шесть часов! Потом, конечно, Гарольд его сократил. Но, к сожалению, спектакль просуществовал только сезон: было сложно состыковать актеров из разных театров, занятых в нем, и снимать сцену «Сатирикона». Но это был мой самый любимый и самый сложный проект. «По шапке» нам надавали именно за него. Вообще нас кусачие критики любят, но этот спектакль почему-то им не понравился.

– Мне вспомнилось, что именно «Жанна д’Арк» развела пару Миллы Йовович и Люка Бессона…

– Думаю, это стечение обстоятельств, не более. Вообще, конечно, закономерность какая-то есть: режиссер берет на эту роль актрису, которую он очень хорошо знает, то есть свою жену. Самая гениальная пара – Глеб Панфилов и Инна Чурикова. Но им, к сожалению, не дали сделать настоящее кино. А ведь она самая лучшая Жанна! Это видно даже из тех кусков, которые есть в фильме «Начало».

Это невероятно сложная тема и невероятно интересная. Нас она, наоборот, сближала. Очень хочется вернуть в то время…

– Ваши героини – это крупные исторические личности: Мата-Хари, Жанна д’Арк. Какую еще легендарную женщину вы бы хотели сыграть?

– Я играла еще и Софью Палеолог: в Ермоловском театре была пьеса «Сон на конец свету» Елены Греминой, которую поставил Гарольд. А сейчас мы с Гарольдом загорелись еще одной идеей. Нас вдохновила история взаимоотношений Маяковского и Бриков. Разобраться в ней, дать всему этому какую-то свою трактовку было бы интересно.

– Мне почему-то кажется, что вам близок образ булгаковской Маргариты. Я права?

– Правда?.. Даже не думала об этом. Наверное, нет. Хотя… Я вообще авантюристка. Если режиссер мне что-то предлагает, значит, он видит меня в этой роли. Вот например, у меня был персонаж Леона в спектакле Елены Невежиной «Холодно и горячо, или Идея господина Дома» – ну просто подиумная героиня, дикая красавица. Вряд ли я могу себя назвать такой… А когда я прочитала пьесу, то поняла это распределение. Вся история этой женщины не в ее внешности, а в ее сложном внутреннем мире. Там есть что играть. И спектакль случился.

Поэтому, если кто-то увидит во мне Маргариту, попробую себя в этом образе.

– Ваши героини похожи на вас?

– Убежать от себя нельзя. В каждой есть мои кусочки, когда я могу отбросить образ и говорить от себя. И в Жанне, и в Мата Хари, и в Дуне (спектакль Гарольда Стрелкова «Фантазии Ивана Петровича» по мотивам «Повестей Белкина» А.С. Пушкина – А.Б.) есть мои зоны.

– И в «Сахалинской жене» они тоже есть?

– Это, наверное, самый далекий от меня образ, – смеется Инга. – В ней что-то есть от моей бабушки: она очень простыми словами говорит мудрые вещи. Правда, трудно слушать мудрые вещи от женщины, которая напоминает бомжа. Но оказывается, что не всегда нужно ставить знак равенства между мудростью и образованностью…

– Марина-гилячка в «Сахалинской жене» – беззубая, грязная старуха. Некоторые актрисы боятся быть некрасивыми…

– Тогда это не актрисы. Когда делаешь роль, не думаешь, красивая ты или нет. А когда думаешь, что должна быть красивой, то дорога не на сцену, а в модельное агентство. Вот, например, Чулпан Хаматова, потрясающе красивая женщина. Но ей и голову не придет думать, красива ли она в тот или иной момент на сцене или в кино. А есть актрисы, которые из работы в работу переходят, меняя только костюмы или ничего вообще не меняя… Их жалко.

– Кино или театр вызывают больше эмоций?

– И кино и театр. Это два совершенно разных мира. Мне, например, кажется, что без театра актер развращается. Он может бездумно поднимать глаза в камеру, а потом режиссер сделает из этого гениальный кадр. Актер перестает трудиться. Он привыкает к киношной точности. А если на сцене ты медленно поднимешь глаза, но внутри тебя в этот момент ничего не произойдет, зритель это заметит. Театр – это постоянный тренинг. Хотя и кино тоже классная штука: если ты что-то удачно сыграл, то потом можно просмотреть несколько раз и порадоваться за себя... или ужаснуться…

– Режиссер Стрелков ставит спектакли для других актрис?

– А что похоже, что я собственница?.. Сейчас он будет делать спектакль с Александром Филиппенко и Инной Чуриковой. Там, может быть, буду играть и я, но малюсенькую роль. Вообще я очень рада, что еще нахожусь в его поле зрения. Сейчас, например, он снимал короткометражный фильм, в котором играла актриса нашего театра – Ксюша Громова. Ну и что – в этой роли он видит ее, а не меня. Это нормально. Пока творческой ревности у меня нет. Может быть, потому что я много у него играю. Он абсолютно свободен. Я не могу сказать: «Ты не берешь эту актрису! Здесь буду играть я!» Таких диалогов у нас не бывает.

– Кто из вас двоих более инертный, кого надо тащить?

– Он очень спокойный, я – холерик. Но паровозом, как ни странно, является Гарольд во всем. В новых идеях, в названиях спектаклей, в проектах.

Он не устает. У него не бывает истерик: «О Боже! Надо делать новый проект!» У него идей на несколько лет вперед. Я всегда спрашиваю: «Ты не устал?» – «Ты что!» – отвечает он. И он при этом не повторяется. У него нет проторенной дорожке: «вот это Стрелков». «Сахалинская жена», «Фантазии Ивана Петровича» и «Мата Хари» – три принципиально разных спектакля.

– Кто режиссер семейной жизни?

– Оба, но домом все же занимаюсь я. Иногда, конечно, пытаюсь клевать его: «Стрелков, начни интересоваться бытом!» Однажды он заинтересовался и случайно выбросил на помойку мое вечернее платье… Дорогущее-предорогущее, красивое-прекрасивое… В котором, я, кстати, должна была идти на «Триумф». Я купила платье, пришла домой и положила его на коробки от мебели, которые муж очень долго не мог выбросить. Позвонила своей портнихе и договорилась, что на другой день подъеду к ней, чтобы она посадила наряд по фигуре. Вечером прибегаю домой, а Гарольд гордо заявляет: «Похвали меня! Я выбросил коробки!» Только утром я поняла, что идти к портнихе мне не с чем… Мы вместе бросились к мусорным контейнерам, но там была чистота.

В быту он, конечно, меньше участвует. Но зато организовывает наш отдых: придумывает, куда мы поедем, что посмотрим. Мы всегда ездим домой – отдохнуть и куда-нибудь за границу – попутешествовать.

– В Кыштыме вас узнают на улицах? Или, наоборот, знают «сто» лет?

– Я там «национальная героиня». Маме соседи и друзья приносят вырезки из газет. Когда мы приезжали в Челябинск на гастроли, то из Кыштыма было откомандировано специально несколько автобусов.

А недавно была такая интересная история. Я пришла на «Мосфильм», чтобы взять юбку из костюмерной. Это все делается официально – нужны бумаги и тому подобное. Я подхожу к костюмеру и говорю: «Девушка, мне нужна юбка на один день». Она отвечает: «Конечно, Инга». Я удивляюсь: «Вы меня знаете?» А она отвечает: «Конечно, вы же из Кыштыма!» Я ожидала всего, чего угодно, но только не получить такой ответ! Он меня прямо с ног сбил!

А вообще Кыштым очень творческий город. Сейчас мои землячки организовали в Челябинске театр «Бабы». Там красивые, двухметровые девушки! Кто-то из философов сказал, что чем разнообразнее местность, чем живописнее ландшафт, тем интереснее и талантливее ее жители. В Кыштыме горы, пещеры, пять озер в черте города, сосновые леса.

– В конце беседы по традиции спрошу: над чем сейчас работаете?

– Снимаем кино. Недавно закончили короткий метр. Сейчас подали заявку в Госкино на полнометражный фильм. Это будет картина по последним рассказам Набокова. Вышла такая книжечка «Со дна коробки». Гарольд написал сценарий по двум новеллам. Первую часть мы уже отсняли – получается здорово. Когда он вернется из Сургута, будем делать пьесу (пока не буду говорить ее название) с Инной Чуриковой и Александром Филиппенко. А сейчас я снимаюсь у Алексея Балабанова в мелодраме с рабочим названием «Мне не больно». Еще играю в Питере в картине Алексея Попогребского «Простые вещи». Скоро выйдет многосерийное кино «Доктор Живаго» Александра Прошкина, «Ленинградец» Константина Худякова, «Золотой теленок» Ульяны Шилкиной. Играю в комедии Леонида Трушкина «Все как у людей» вместе с моей любимой Галей Петровой и Геннадием Викторовичем Хазановым.

– За короткий срок вы собрали массу наград: «премия Станиславского», «Триумф», «Новая драма» и т.д. Ощущение звездности не появляется?

– Нет. Каждая премия – это Новый год. Вы ведь ждете праздника, красиво одеваетесь, получаете подарки. Три дня живете в ощущении чуда – но ведь только три дня. А потом снова идете на работу. Вот так и с премией. Это очень приятно, это просто здорово! Это оценка маститых коллег, что особенно приятно. Но жить наградами нельзя. А дальше – надо идти «ДАЛЬШЕ».

Анастасия БЕЛЯКОВА


К началу ^

Свежий номер
Свежий номер
Предыдущий номер
Предыдущий номер
Выбрать из архива
Рассылки Subscribe.Ru
Студенческий меридиан -
журнал для честолюбцев

© При использовании авторских материалов, опубликованных на сайте, ссылка на www.stm.ru обязательна
Rambler's Top100 Каталог@MAIL.RU - каталог ресурсов интернет СМИ новости TopCTO СМИ Газеты Журналы Каталог Optime