Номер 01, 2006

Живое техно

Техника в руках студента не то, что у дикаря: она вроде и невиданная игрушка-зверушка, а вроде как учебный инструментарий и вообще выставочный экспонат. Ее, казалось бы, только что и можно по всем школьным правилам – вертеть, терпеть и обидеть, и смотреть. Но нет же, у бауманцев и тут свой подход: вот уже 45 лет стукнуло, как студенты МГТУ им. Баумана пользуются особым карт-бланшем на испытание реальных ракетных двигателей и настоящей баллистической трассы, а еще «в натуре» стреляют лазером и программируют космические полеты. Будь я помладше, да еще мальчишкой, из-за одних «стрелялок» поселилась бы на так называемой загородной базе МГТУ в Орево, в Дмитровском учебно-экспериментальном центре вуза…

В Багдаде все спокойно

На 90-м километре Дмитровки автобус сделал крутой поворот и, оставив за собой сельское кладбище с ультимативным призывом «Помни!», въехал в ворота КПП. Собственно, и КПП как такового не было, был лес и снующие туда-сюда старушки с авоськами. Городок оказался не военным и не закрытым, а гражданским – просто особой зоной. Что еще за особая такая зона, черт его знает, но «в Багдаде» явно было все спокойно, даже более чем.

Где тут, в зарослях орешника и сосняка, гнездилась гроза американцев - ракета-«сотка» и гагаринский «Союз» - уму непостижимо. Но где-то все это пряталось, иначе вряд ли бы три тысячи студиозов из Бауманки совершали сюда ежегодное паломничество. Сам поселок – прадедушка известного всем Новосибирского академгородка. Бауманская профессура хоть и смеется, что от прежнего «науконаселения» жителей в Орево осталось всего процентов десять, да и то, в основном, уборщицы и ветераны, но это шутки такие. Грустные…

- А с чего бы радоваться, - ворчит Валентин Зеленцов, руководитель научного комплекса машиностроения МГТУ. - В 60-е, когда мы на загородную базу студентами только-только приехали, здесь жизнь кипела, дрались за каждый кусок земли, на субботники всем курсом приезжали, с преподавателями в охапке. Все своими руками строили, оставались жить и изобретали новинки техники, а сейчас видите что…

- Ну, вижу, - говорю, - вполне сносные домики, я бы и сама здесь пожила, с птичьими трелями под окном…

Рев Змея Горыныча оборвал меня на полуслове, лицо в скобку вытянулось.

- Чего боитесь-то, - хмыкнул Зеленцов, - это всего лишь испытание жэ-эр-дэ.

По-гусарски взял под локоток и повлек за собой в кусты. В кустах обозначился замаскированный корпус. Меня вообще-то предупреждали, что на загородную базу Бауманка вывезла самые шумные и взрывоопасные стенды, которые ну никак нельзя разместить в Москве, а я-то, дурында, расслабилась. Теперь прояснялся смысл того, чем бдительные бауманцы нашпиговали меня заранее: все эти «энергоемкие агрегаты», «энергетические насыщенные процессы» и «особое стендовое и технологическое оборудование» пахли порохом и грозили моим ушам если не разрывом канонады, то перестрелкой и ревом мотора уж точно…

Последний раз над верхушкой леса блеснул радиотелескоп – самый мощный в России в диапазоне миллиметровых волн. Не успела осознать, на какие рисковые игрушки купились в 60-70-х мальчики вроде моего провожатого, как уперлась в разрезанное пузо акулы…

Ограбление по-французски

Собственно, то была не акула, а лишь одна из ступеней ракетоносителя. Но какого носителя – корабля «Союз», того самого, который выстреливал в космос Гагарина. Ну и что, что немного препарирована: железную «касатку» должным образом адаптировали под студиозов, где нужно - сделали надрезы, где не понятно - снабдили удобоваримыми плакатиками и инструкциями. Зато и легкая какая стала, я даже пальцем побарабанила по боковине и услышала звонкий звук, как в водосточной трубе.

База МГТУ тем и хороша, что уникальные, отчасти даже музейные экспонаты студенты вправе не только пощупать, но и облазить в буквальном смысле вдоль и поперек, не говоря уже о том, чтобы просто посмотреть.

- В МАИ, кстати, есть похожий демонстрационный зал, - признался директор Дмитровского филиала Алексей Лесков, - но он узкий, ракеты стоят вертикально, можно разглядеть только отдельные части, да и то с балкончика, а тут ползай вокруг – не хочу.

Один американский астронавт, Лерой Чиао, даже с небес толком не успел спуститься, как тут же полез в гагаринское «седалище». Всю пыль с него штанами вытер, смеется Лесков. Сказал, что никогда так близко к ракете не стоял и все студентам русским завидовал: дескать, у них в Америке прикоснуться к «Аполлону» - ни-ни, священная корова прямо.

Кстати, так называемую «семерку», аналог ракеты «Союз», бауманцы умыкнули прямо из-под носа незадачливых французов на выставке в Ле Бурже. Как водится, попросили «на время», а время растянулось уже на тридцать лет. Теперь французы, даже если и спохватятся, зря только клювами щелкать будут: бауманские умники ракету сразу же препарировали и бабочкой на стену насадили – знай наших. До сих пор в Орево легенды ходят, как «семерку» на тросе трактором в демзал втаскивали: ничего себе картинка вышла, вполне а’ля рюс.

Как бауманцы сподобились собрать целую коллекцию ракет - не только Королевских, как в МАИ, но и, скажем, конструкции Челомея, Янгеля и Макеева – отдельный анекдот. Ударную дозу списало «для учебных целей» Минобороны, где у МГТУ имелись «засланные казачки», а часть ценных экспонатов, как с «семеркой», пришлось выманивать хитростями. Тот же лунный модуль…

Вообще-то, он у нас в стране был и даже готовился к высадке на Луну, и сел, если бы не пронырливые американцы. Как всегда, янки нас опередили: в то время как советский модуль наматывал круги вокруг спутника Земли, америкосы прилунились, и утерли нам нос. Гордая страна Советов такого хамства, конечно же, не потерпела и по известному русскому принципу «так не доставайся же ты никому» сожгла все корабли. В буквальном смысле – все двенадцать лунных модулей отправила на переплавку, а программу закрыла.

Хорошо, Лесков вовремя подсуетился и выудил из лап Мишина, зама Королева, аппарат под «динамические испытания». Кстати, Лесков не единственный, кто пообщался на эту тему с королевским замом: в трех закрытых заведениях, среди них НПО «Энергия», имеются еще три якобы уничтоженные машины, но один лишь бауманский модуль открыт для всех, и его смело можно лапать. Впрочем, лапать обугленную платину – только пачкаться, зато студиозов явно «прет», что аппарат еще действующий, то бишь летать не летает, но мог бы.

А еще эта сентиментальная история с черепахами, прямо как с Белкой и Стрелкой…

- Мог бы вам рассказать сказку, как на этом модуле летали рептилии, но не буду, поскольку недавно выяснилось: черепахи, оказывается, летали в модуле из НПО «Энергия», - шутит Лесков.

По поводу черепах я особо не расстроилась, а вот за «Союз» и вообще за Родину обидно стало. Прямо позор какой-то: своими глазами видела в демзале у бауманцев точную копию бытового отсека корабля «Союз» - кабинка просторная, хоть и рассчитана на двоих. Нет, чтобы третьим космонавтом бауманца Жукова посадить, аккурат к юбилею МГТУ… Так опять америкосы карты спутали. Назначили за свободное кресло десять тысяч долларов, и в верхах сыр-бор разгорелся: сажать чужака за деньги или своего, но задарма…

Вечно у нас соревнование с американцами: у них там, в заокеанье, только астронавты на тренажерах упражняются, а у нас – студенты. У Вильяма Мак Артура с МКС даже челюсть отпала, когда увидел бауманца за импровизированным пультом управления полетами. А ведь были времена, когда мы даже по части ракет безбожно отставали.

Лесков подтолкнул меня к основе основ отечественного стратегического вооружения – ракете-«сотке». Висит дура в воздухе, чистенькая вся, со всех боков обтертая: поди разбери, ядовитая или нет. А ведь наши конструкторы, хитрецы, что выдумали: не выдержав конкуренции с янки ни по твердому топливу, ни в смысле управления, наполнили ракету Ур-100 едким компонентом, который даже алюминий разъедает.

- Если почувствуете запах гиптила, считайте, что вы уже покойница, - весело резюмировал мой провожатый и «утешил»: ракета запаяна в герметичную капсулу.

- Она что, действующая?! – обалдела я.

- А как же! Готовность номер один, в систему управления введена программа полета, ракета на полном боевом дежурстве…

Мама-мия, теперь я знаю, откуда и чем грозить мы будем «шведу»: не черным чемоданчиком из Кремля и не красной кнопкой, а вполне невинной учебной «соточкой» в руках студиозов. Молюсь теперь, чтобы ручки попались не очумелые.

Мечта Арагорна

Кстати, в Орево на руки студентов техника завязана не меньше, чем на головы. Дабы понять принцип действия движка, надо его сначала потрогать: без ощупывания, считает баумановская профессура, дельного инженера-конструктора не воспитаешь. Сейчас во всех «техничках» наметился перекос в сторону виртуального проектирования, жалуется проректор МГТУ Леонид Попович.

Чертежи вузовский люд, в основном, рисует на компах, чуть ли не в тапочках домашних сидя. А что в реальности выходит, не знает, ибо лабы хоть и существуют, но сравнить их с настоящими, уровня НИИ, испытательными стендами – как небо и земля. Одно дело киснешь перед картинкой, пусть даже озвученной медиаплейером, другое – «живьем» слушаешь рев мотора и вручную его корректируешь. Даром, что движки, роботы и прочие «подсобные» материалы в Орево все практически действующие. Вот, скажем, демзал ракетных двигателей – самое место теорию сводить с практикой. Попович кивает на самогонный аппарат в углу:

- Движок для ракеты Р-2, во времена он был самым мощным в мире. Как и моторчик для «Бурана», произведен у нас здесь, на загородной базе. Работает, вы не поверите, на жидком кислороде и…75-процентном спирте.

Отчего же, я поверила, даже в то, что студиозы спирт употребляют по назначению и сами разрабатывают новые жидкостные двигатели. Разумеется, под чутким руководством ученых из НПО «Энергомаш», чьи экспериментальные площадки работают на базе филиала МГТУ. Два топливных, три жидкостных – все бауманские ракетные комплексы заняты под завязку и «пашут» на отечественного производителя. Отсюда, с вузовского полигона увозили «моторчик» для «Бурана», здесь же родился не имеющий аналогов «Шквал» - подводное супероружие со скоростью действия 100 м/сек. Хотя с того момента, как зверюгу выволокли на свет Божий, прошло уже двадцать лет с гаком, бауманцы до сих пор хвастают подводной ракетой. И грозятся развить «жидкостное» направление до аховых масштабов.

Ахать можно начинать уже сейчас. Свист Змея Горыныча - тот самый, что вначале мне чуть барабанные перепонки не порвал – на деле обернулся звуком резака. Меч Арагорна из «Властелина колец» в руках бауманца одним махом разрубал арматуру и полировал бетон.

- Хорошо сковородки чистить, - по-хозяйски заметила коллега-журналистка и заткнула уши.

- Да, только если пальчик подставить, и косточки отскоблит, - по-баумански пошутил Попович.

Не имеющий аналогов резак – ноу-хау эмгетэушников – сделан на основе жидкостного ракетного двигателя. Эдакий мини-жэ-эр-дэ, который режет все, что ни поподя… кислородом, вернее окислителем, смешанным с растворенным топливом, пояснил гид. На мой вопрос, как, Попович даже крякнул от удовольствия: пробивной силой… на сверхзвуковых скоростях кислород действует как лазер, даже хлеще лазера. Скажем, лазером разрезать камень – это еще постараться надо: нужны луч страшной мощности и крутая электростанция, а тут взял в руки баллончик весом всего двадцать килограммов и прыснул куда надо. Баллона хватает на пятнадцать минут – аккурат, чтобы вырезать двери у соседей по лестничной клетке, шутят бауманцы.

Если большая струя поднимает в космос корабли, то маленькая творит чудеса коммунального формата: те же квартиры вскрыть, содержимое мятого авто вырезать, да мало ли еще что. На мечту Арагорна уже сейчас очередь выстроилась - пожарники, спасатели, сормовцы, иностранцы…

- Только вчера шестьдесят комплектов в Белоруссию отправили, - делится Попович и хватает за руку испуганного юношу, - вот и четвертый курс к изобретению лапу приложил, в качестве «рабов» у научруков.

Испуганный юноша Павел поделился: самая везуха у бауманцев, когда им не то что новинки техники под нос кладут, а самим дают историю творить, хотя бы на начальных стадиях, в режиме виртуального конструирования.

- Все же мы с компом на «ты», а «старики», они что – они на руки мастера…

Павла и иных студиозов «в деле», правда, не показали, но заверили, что и те к рабочим процессам причастны: наравне с «ветеранами» испытывают на стендах движки, роботов разных, все чего-то высчитывают и просчитывают. Даже компьютерный класс продемонстрировали, где стекаются и обрабатываются данные со всех экспериментальных площадок: подарок к 45-летию Дмитровского филиала.

Смотришь на военбазу МГТУ – картина радужная рисуется. Все путем идет: наука потихоньку выкарабкивается из спячки, молодняк хоть и поодиночке, но остается в Орево на дипломную и аспирантскую практику. Даже в ногу со временем пытается шагать: те же роботы, их на загородной базе вуза полная батарея: от глубоководных аппаратов для изучения морского дна до роботов-космонавтов, на которых «тренируются» будущие операторы МКС, и роботов-нейтрализаторов взрывов. Последние, кстати, штука особенно злободневная - сейчас вообще в науке популярно все, что связано с защитой от терроризма. И Бауманка подмахнула в тему: главным козырем на стенде конверсионных процессов выставила исключительно системы уничтожения боеприпасов.

- Принято на вооружение ФСБ и органами внутренних дел, - многозначительно шепнули мне из профессорской тусовки. Без комментариев, что называется.

Мушка в шлеме

Ну, роботами никакого сейчас не удивишь, это прошлый век, а вот экипировка будущего наповал меня сразила. Всучили жидкое нечто, похожее на сдутый волейбольный мячик, и начали фокусы вытворять: мяч надели на голову и надули. Схватилась руками - что-то твердое, но легкое. Я даже в уме прикинула: от силы граммов триста, как кусок сыра в супермаркете. И голове легко, и даже мое нестандартное ухо ничем не стеснено – блеск просто, зимой на работу ходить.

- Видите, никакой индивидуальной подгонки не надо, - пояснил лаборант товарищам в погонах, - на любую солдатскую голову налезет, и квадратную тоже.

Те даже хрюкнули от удовольствия, а как узнали, что невесомый материал – полистирол и накачивается в два счета, вообще в осадок выпали и тут же соглашение на поставки в армию собрались подписывать. Жаль, врачей рядом не было: они бы точно про травматические фиксаторы вспомнили.

Впрочем, шлем хоть и новинка, но «надувательством» нашего брата журналиста не возьмешь. В «моем» козырьке коллеги-мужчины сразу приметили неладное: антенна, мол, странная, крестик непонятный в козырьке светится. Пришлось бауманцам расколоться и вытащить рояль из кустов. Шлем, оказывается, только часть придуманной ими экипировки будущего.

А дело все не в шляпе: гвоздем программы, как я поняла, значился суперавтомат и подключенная к нему суперкаска. Впрочем, каской я бы сей экзотический убор с трудом назвала. Телестанция – да, подставка для телекамеры – да, но никак не фишка для головы. Мы все, и мужики тоже, опешили при виде человека в шлеме и с автоматом. Как товарищ появился, никто не заметил, но дуло его явно всех напрягло: автомат он держал на бедре, от приклада к шлему тянулись странные провода. Справа над глазом поблескивал объектив, а на экране телевизора за его спиной нарисовались наши вытянувшиеся лица.

- Ладно, ладно, проходите – стрелять не буду, - пошутил начальник базирующегося в Орево отдела НИИ информатики систем управления МГТУ Владимир Маслов. Он впервые демонстрировал свое изобретение.

Официально «обвеску» называют информационно-прицельным прибором комплекса перспективной экипировки военнослужащих XXI века. А если проще, то снаряжение спецназа вроде того, в чем носятся вояки в голливудских блокбастерах будущего. По своим возможностям, заверили бауманцы, комплекс не уступает американским разработкам, а доработают – вообще переплюнет по все статьям. Чтобы прикоснуться к металлу – ни-ни, нашу пишущую братию сразу в угол задвинули, а я, как самая крайняя, опять попала…

- Вот видите, - комментировал Маслов, навешивая на меня удивительно легкое снаряжение, - даже хрупкую девушку наш российский электронный комплекс превратит в неуловимого снайпера. Убить противника она успеет быстрее, чем тот нажмет курок. Ну-ка, барышня, наведите курсор.

На пластиковом козырьке моей каски, как на экране, обозначился компьютерный крестик – вжик, и можно жать до боли знакомый «enter». Не надо быть семи пядей во лбу – электроника сама все сделает: в каске ее «мозги» и мощная антенна, способная получить увиденное «оружием» и передать инфо на спутник вроде джи-пи-эс. Я знаю собственные координаты и рельеф местности, осталось узнать, куда стрелять, но не надо париться: оператор на компе, он же командир, уже послал мне команду на козырек. И задача ясна, как пень – свести крестик с ботинком вот того господина в галстуке и…

И я уже не девушка, не солдат, я сама - автомат: совсем даже не обязательно прижимать приклад к плечу, чтобы увидеть в прорезь мушку-ботинок. На автомате своя телекамера с прицелом, навела объектив на крестик и стреляй по башмаку хоть из-за спины, хоть из-за угла. А если промажешь, командир все равно все увидит на своем ноутбуке и поправит, а если копыта откинешь – специальный датчик, вмонтированный в бронежилет даст знать шефу, жива ты или нет… Ну, и кто сказал, что «Робер-полицейский» - фантастика, а учеба в Бауманке – игрушки?

Нервы не выдержали, я свалила железо на стол и улизнула. Все-таки техника в руках дикаря – бомба. Что же до самих изобретателей, то теперь хотя бы шутка прояснилась одна… Насчет бауманцев - первых кандидатов в армию. Не за эксперименты, и не за присутствие всех видов вооружения на загородной базе вуза любит Минобороны студентов МГТУ особой любовью. А за богатую фантазию и очумело-умелые ручки, способные не то, что экипировку звездного воина создать, но и черта лысого за пять минут сварганить.

Наталья ЕМЕЛЬЯНОВА

К началу ^