Студенческий меридиан
Журнал для честолюбцев
Издается с мая 1924 года

Студенческий меридиан

Найти
Рубрики журнала
40 фактов alma mater vip-лекция абитура адреналин азбука для двоих актуально актуальный разговор акулы бизнеса акция анекдоты афиша беседа с ректором беседы о поэзии благотворительность боди-арт братья по разуму версия вечно молодая античность взгляд в будущее вопрос на засыпку встреча вузы online галерея главная тема год молодежи год семьи гражданская смена дата дебют девушка с обложки день влюбленных диалог поколений для контроля толпы добрые вести естественный отбор живая классика загадка остается загадкой закон о молодежи звезда звезды здоровье идеал инженер года инициатива интернет-бум инфо инфонаука история рока каникулы коллеги компакт-обзор конкурс конспекты контакты креатив криминальные истории ликбез литературная кухня личность личность в истории личный опыт любовь и муза любопытно мастер-класс место встречи многоликая россия мой учитель молодая семья молодая, да ранняя молодежный проект молодой, да ранний молодые, да ранние монолог музей на заметку на заметку абитуриенту на злобу дня нарочно не придумаешь научные сферы наш сериал: за кулисами разведки наша музыка наши публикации наши учителя новости онлайн новости рока новые альбомы новый год НТТМ-2012 обложка общество равных возможностей отстояли москву официально память педотряд перекличка фестивалей письма о главном поп-корнер портрет посвящение в студенты посмотри постер поступок поход в театр поэзия праздник практика практикум пресс-тур приключения проблема прогулки по москве проза профи психологический практикум публицистика путешествие рассказ рассказики резонанс репортаж рсм-фестиваль с наступающим! салон самоуправление сенсация след в жизни со всего света событие советы первокурснику содержание номера социум социум спешите учиться спорт стань лидером страна читателей страницы жизни стройотряд студотряд судьба театр художника техно традиции тропинка тропинка в прошлое тусовка увлечение уроки выживания фестос фильмоскоп фитнес фотокласс фоторепортаж хранители чарт-топпер что новенького? шаг в будущее экскурс экспедиция эксперимент экспо-наука 2003 экстрим электронная москва электронный мир юбилей юридическая консультация юридический практикум язык нашего единства
Голосование
Редакционный совет

Ростовцев Юрий Алексеевич
Главный редактор издания

Репина Ирина Павловна
Генеральный директор издания


Святослав Бэлза, Юлия Казакова, Ольга Костина, Кирилл Молчанов, Тимур Прокопенко, Владимир Ситцев, Людмила Швецова, Кирилл Щитов, Валентин Юркин


Наши партнеры










Номер 03, 2005

Реэкспортные головы

О том, что Россия наконец начала охоту за умными головами, «Ст.М.» писал в прошлом номере. Все бы ничего, но западные фонды и фирмы тоже не дремлют. Справедливо считая молодняк из лучших российских вузов легко обучаемым и перспективным в плане науки, иностранцы проявляют к нему не меньший, а порой даже более аргументированный материально интерес, нежели отечественные горе-спонсоры с их рублевыми «вспомосуществованиями». Да и корочки зарубежных вузов, как показывает практика, котируются куда больше, нежели дипломы некоторых отечественных альма-матеров. Причем не только на Западе, но даже и у нас в России. Речь, разумеется, идет о крупных компаниях и представительствах. О том, как с российской корочкой (или без) получить диплом Оксфорда или грант на научную работу где-нибудь в Германии – читайте в нашей очередной «инструкции».

Опекун по имени Солнце

Отечественные бизнесмены только сейчас дошли: дешевле не переобучать молодые кадры, а пестовать их уже в самом вузе. На Западе, где аксиома «если ты такой богатый, то помоги бедным» гвоздем засела в голове не только каждого толстосума, но даже менеджера среднего звена, денежки вузам отстегивают практически все мало-мальски крупные компании и фирмы-производители. Это нормальная практика – подбирать себе будущих сотрудников, не отходя от универской кафедры. И давать им стипендию или грант (если дело касается исследования), достойный скромной студенческой жизни. Поэтому на Западе схема сложившаяся: все вузы – партнеры бизнеса, тесно контачат с промышленниками, пишут для них исследования и ведут их проекты. И деловой мир платит им той же монетой: не только планирует в бюджете «подкорм» студиозов, но еще берет на себя их трудоустройство. Такой вот милый дуэт, который нам долгое время либо вообще не снился, либо рисовался в виде «целевого набора» и разнарядки. Но одно дело наш советский «набор» с его обязательной отработкой даже не часов, а лет (!), а другое - западная связка «вуз-предприятие», где студент волен сам выбирать, идти ему на подшефное предприятие или нет. Конечно, иной отечественный студиоз возразит: а может, я хочу навечно закрепиться где-нибудь в British Petroleum или Fiat. Но ничто не вечно на Земле – это раз, а потом иностранцы работают далеко не со всеми российскими вузами, а только с крупными.

Французы, например, очень любят Бауманку. Одно время студентов из МГТУ активно «вербовала» французская телекоммуникационная компания. Лучших из лучших галлы бесплатно обучали языку, и за это счастливчики еще ежемесячно получали степуху (50 долларов), потом их отправляли во Францию, где шелковые умники на практике познавали сети и писали диплом. А после защиты бауманцы, разумеется, заключали двухлетние контракты на работу в Париже. Правда, случаи, когда наших студиозов-стипендиантов приглашают за границу - большая редкость, но и тут без исключений не обходится. Что еще раз подтверждает правило: иностранный капитал в России выращивает кадры для зарубежных представительств, а не «чужеродных» конкурентов.

Будущих партнеров активно присматривают и автомобильные концерны Франции. Вообще с родиной Мольера, вернее, с ее предприятиями, у МГТУ им. Баумана связи давние и весьма ветвистые. Одна дружба с «Рено» чего стоит: сотрудничество с французским автопромом полностью оплачивается из бюджета Франции, а плоды коллективных трудов в виде стипендий пожинают наши студиозы. Плюс совместные разработки и соответственно «студенческие дела» с известным французским производителем самолетов «Снекмой» и «Шлюмберже» - ведущим в мире поставщиком услуг и технологий для нефтегазовой промышленности. Последние двое, кстати, опекают не только бауманцев. Снекма, помимо всего прочего, профилируется на студентах МАИ и МЭИ, а Шлюмберже стимулирует стипендиями технарей из Тюменского Госунивера и столичной «Губки».

Австрийцам и немцам приглянулся МИИТ: западные фирмы, занятые в перевозках, «пасут» наших студиозов-железнодорожников с тем, чтобы потом привлечь их на работу опять-таки в российском филиале. Ставку при этом обещают эквивалентную «немецкой»: как видите, и уезжать никуда не надо. Другой немец, с известной фамилией Siemens, любит студентов всех ведущих компьютерных вузов России, но особенно благоволит к питерскому ИСТМО (университет информационных технологий, механики и оптики) и столичному МТУСИ. Причем «именинки» вручает не только айтишникам, но и «главным по тарелочкам» - спецам в области связи, электротехники и машиностроения. Подарки от фирмы и направление на работу получают только авторы лучших курсовиков и дипломов, а особо отличившихся аспирантов и вовсе грантами на исследования балуют.

Вокруг МГУ из иностранных граждан тусуются, в основном, американцы вроде Microsoft и Intel. Последний даже студенческую лабораторию при ВМиК организовал, где юные гиганты мысли практикуются не только в получении стипендий, но еще в конкретных проектах фирмы. Конкуренты Microsoft, IBM и компания с солнечным названием SUN шефствуют над МФТИ. Самой «великолепной пятерке» студиозов ежегодно назначают по пять стипендий – правда, с условием, что претендент работает на базе Java. Не менее известный американец Boeing неровно дышит к отечественному авиапрому, вернее, к его потенциальным кадрам. Увесистые призы от америкосов получают отличившиеся в написании самостоятельных исследований технари из всех, без исключения, авиационных вузов России, в том числе МАИ, ГТУ им. Циалковского, МГТУ ГА, Воронежского и Казанского ГТУ.

Впрочем, стипендии – не единственный вид западных поощрений. Особенно это касается международных монстров вроде всего того же IBM или, скажем, компании Phillips. При желании с иностранцев можно срезать и стажировки, и даже приглашение на языковые курсы, только играть при этом нужно умеючи. Скажем, IBM и Microsoft проводят в разных странах, в том числе и в России, тематические олимпиады. И неважно, название какого вуза значится в вашей зачетке, на конкурс пускают всех мало-мальски сведущих в железках. Так что идите и не тушуйтесь, если повезет прорваться в призеры – наградят либо стипендией, либо стажировкой в американском исследовательском центре, что для престижа еще лучше.

Американская компания Procter&Gamble «зеленых» не дает, но периодически организует бизнес-курсы по IT-технологиям и летние стажировки, которые легко могут сойти и за хорошо оплачиваемую работу, если потрудиться на менеджерской ниве три месяца. Почему при этом реверансы компания делает в сторону студентов-физиков и химиков, непонятно – но на курсы маркетинга, логистики и менеджмента зовет именно их.

Английские бизнесмены в плане степух ребята скромные, зато их поощрений хватает на обучение аж 65 российских старшекурсников и выпускников по магистерской программе в шести (!) британских вузах. Причем не абы где, а там, где позиции в рейтинге образования никогда не падают ниже первой десятки. Кэмбридж, Оксфорд, Королевский колледж Лондона, не говоря уже о театральной столице Эдинбурге и Дурхаме. Вот где нефтяники из Shell держат места для своих стипендиантов. А если язык подучить надо – пожалуйста, в British American Tobacco: за идеальное эссе на заданную тему там предлагают двухнедельный language-course на туманном Альбионе.

Есть еще компании, не связанные ни с конкретными вузами, ни даже с отдельными странами. Скажем, в «Международную ассоциацию студентов, интересующихся экономикой и управлением» входят корпорации аж восьмидесяти стран мира. И не зависимо оттого, где кандидат на грант учится, требования ко всем одни и те же: English advanced, лидерские качества и профессиональные знания экономики и управления. Ибо в первую голову на стажировку приглашают «экономистов». Правда, иногда выпадают и технические стажировки, и даже PR-практики, но в виде исключения. Расстраиваться нечего: здесь как раз тот случай, когда не знаешь, где возьмешь, где потеряешь. Ведь страну пребывания выбирает не стажер, а сама организация, так что шанс получить кота в мешке весьма большой.

Сорос не для сора

С трудом верится, но у российского студента шанс попасть в стипендианты зарубежных фондов выше, нежели у его заморских ровесников. Не только потому, что шибко умные: вундеркиндов везде хватает. Но еще и по идеологическим соображениям. Не секрет, что многие фонды созданы с одной целью – «помочь становлению демократии и рыночной экономики в странах переходного периода». Проще говоря, умаслить бывших противников и перевести их в ранг союзников. Под это Запад готов выкидывать любые деньги и даже курировать целые программы и институты - вроде как международные, но на самом деле нацеленные исключительно на страны Восточной Европы.

Джордж Сорос, известный американский меценат, спонсирует сразу две международные программы – гуманитарную и техническую. Первая действует под эгидой ЦЕУ (Центрально-европейский университет) и рассчитана в основном на выпускников филфаков, истфаков, экономфаков, а также «психологов», «социологов» и «политологов». Гранты, разумеется, даются не всякому, а только тем, кто сумеет доказать «буржуям» не только актуальность своего исследования, но и возможность его практического воплощения у себя на родине. Излюбленные на Западе темы – конечно, те, что так или иначе касаются «процесса демократизации». Будущее Кавказа, гендерная политика в бывшем соцлагере, сотрудничество пограничных государств, не-членов ЕЭС, свобода печати и плюрализм – вот от каких печек-лавочек предлагается плясать, чтобы угодить главному заказчику музыки Соросу. Для спецов в области социальных наук предусмотрен годичный магистерский (а для особо выдающихся – еще и докторский) курс на восьми факультетах Соросовских колледжей в Праге и Будапеште, причем курс, как выяснилось, частично платный, но только частично.

А вот любителям театра и музыки вроде меня ЦЕУ предлагает ограничиться трехмесячной программой по истории искусства, да и то не связанной с традиционной для российских студиозов тематикой. В отличие от Запада, наши академические программы, как правило, ориентированы не на междисциплинарные темы (скажем, стык общества и кино, истории и живописи), а на глубокое копание одной какой-то конкретной области. Допустим, в вопросах литературы мы больше обращаемся к вещам сугубо филологическим/ литературоведческим (семиотика, поэтика, нравственно-идеологические проблемы), нежели к мотивам политическим. Поэтому и свою нишу в забугорной науке нашему брату-гуманитарию найти не так-то просто: не всякий профессор возьмется руководить темой «Холокост в кино», «Художественные галереи сталинских городов» или «Культура переходного периода», а именно эти темы ЦЕУ объявил приоритетами прошлого и нынешнего года. Так что я со своей вроде бы «стычной» и очень даже «идеологичной» темой драматургии и художественной критики 60-х годов пролетаю мимо Сороса, как фанера над Парижем. Неактуальна она для моей шагающей к светлому будущему капитализма родины. И непонятно, почему? Вроде бы, наоборот: 60-е – ростки демократии подавленные и вырвавшиеся в протест любимых и опекаемых Западом, как чеченцы сегодня, диссидентов. Глоток свободы и утрата иллюзий – лопата, на которую дважды наступило «общество переходного периода». Чем им там, в их Европах, не наши 90-е? Но в столичном представительстве Сороса подобная «зацепка» сначала вызвала замешательство, а потом, после долгих шепотов и шорохов на том конце провода, мне предложили обосновать сравнение и акцент сделать все же на политику современности. А этого, уж извините, не позволит программа родного журфака – все-таки фил-, а не политфаковская. «И вообще чего голословить, записывайтесь на консультацию, и будем говорить по существу», - закончила трубка. Я не совсем дура – согласилась, теперь надо думать, как написать два дисера сразу: для «своих» и для «чужих».

Технарям и любителям флоры-фауны проще. Их хотя и толкают в прокрустово ложе европейской логики, но без нахрапа. Помимо летнего семинара по экологии и природоохранным технологиям, для «химиков» с «биологами», а также «математиков» с «физиками» Сорос предусмотрел еще одну лазейку – Международную программу образования в области точных наук (ISSEP). Им не нужно с пеной у рта доказывать актуальность исследования, достаточно быть… лучшим студентом или аспирантом – то бишь соответствовать одному из требований: призерство в межвузовских и зональных олимпиадах, авторство/соавторство в докладах на научных конференциях или наличие патента на изобретение. Тоже немало, но все-таки без подначек вроде «а слабо подстроиться под Европу?» Кроме того, Сорос проводит и собственные олимпиады по естественным наукам среди старшеклассников и младшекурсников Москвы и Питера. Вместе с почетным званием «Соросовский студент» и «Соросовский аспирант» счастливчик забирает большущего слона – годичный грант, соизмеримый со стипендией лучшего американского аспиранта.

Ученье – свет. Новый или старый?

Международные программы не столь многочисленны, как иные национальные. Куда больше шансов получить матпомощь у тех, кто обращается в благотворительные фонды. Наиболее отлаженная система «охоты за головами» - в Америке и Германии. И там, и там схема получения денег одинакова: могут предложить стажировку, а могут – частичную оплату образования или грант на исследование. Просто стипуха на обучение по бакалаврской программе – самый популярный среди студиозов, а потому и самый труднодоступный вид «подкорма», поскольку он обычно не требует никаких обязательств от студентов, кроме благодарности. Идет в счет оплаты за учебу, но иногда включает расходы на питание и проживание в стране. Другой вид стипендий – fellowship - обычно выдается неформальным научным обществам, занятым в конкретном проекте: ну, скажем, аспирантской или даже студенческой группе исследователей. В США подобные дотации чаще всего выплачивают представителям различных «меньшинств», которые плохо представлены в той или иной сфере научной деятельности – скажем, женщинам-политологам. Стипендию высшего уровня, грант, выдают только под определенный, актуальный, с точки зрения Запада, проект (чаще всего совместный с учеными-аборигенами), который покрывает все расходы на его выполнение. Рассчитан такой бонус скорее на взрослого ученого мужа, но, случается, припадает и молоденьким умникам, курируемых известным профессором. Большинству же студентов стипуху дают в скрытой форме. Америкосы, например, наполовину снижают официальную стоимость обучения в своих вузах, а немцы чаще всего приглашают к себе головастых выпускников, дабы те бесплатно провели самостоятельное исследование, покопались в архивах и даже защитили…докторскую диссертацию. Оптимальный путь для тех, кто хочет схватить доктора, минуя кандидата.

Главный рекордсмен по количеству фондов – США: 827 штук, все не перечислишь. Поэтому берем основные. Сложнее всего будущим медикам и бизнесменам: поскольку их специальности в Америке самые популярные, не то что на халяву, за деньги не попадешь. Но раз уж мы страна «развивающаяся», то для российских студиозов сделали исключение: девять фондов опекают отечественных «экономистов». Тех, чья епархия – маркетинг и бухучет, под крыло взял всемирно известный APICS: 164 авторам серьезных письменных исследований фонд выдает по 100-1700 долларов на двух- и четырехгодичные бакалаврские программы по маркетингу в американском университете. На менеджменте и бухучете «сидит» фонд IMA: его бонусы по 2000-5000 долларов ежегодно находят двадцать российских первокурсников. Студентов-«бухгалтеров» с 3-4 курса и аспирантов активно потчует стипендиями (250-3000 долларов) фонд памяти Роберта Кауфмана. Что же до медиков, то самых способных из них «пасет» только одна организация - Ассоциация кардиологических исследований: ежегодный грант в размере 25000-30000 на два года исследований в американском университете выдается как отдельным аспирантам, так и ученым группкам в виде fellowship.

Жители стран СНГ подпадают под действие всяческих «демократических» программ, которых в США пруд пруди. В рамках «Акта в поддержку свободы» американский госдеп курирует сразу две стипендиальные программы для бывшего соцлагеря. Обе – «Молодые лидеры России» (при совете IREX) и программа студенческого обмена FSA – годичные, обе с оплачиваемой учебой в одном из американских вузов и волонтерской работой на благо местного общества. Рассчитаны большей частью на гуманитариев, готовых заниматься опять-таки «актуальными» проблемами современности. Специалистами в области social studies, в основном выпускниками и аспирантами, ведает и масса частных фондов США, в том числе фонд Эрхарта и фонд Эдмунда Маски. Благодаря последнему более 2000 молодых специалистов из стран СНГ превратились в магистров. Фонд Форда тоже обещает выделить России 330 млн. долларов на «подготовку нового поколения лидеров». При этом права на лидерство отдает специалистам, казалось бы, в совсем не популярных у нас областях – этнологии, музееведении, архивном деле, философии, истории России и искусствоведении. Впрочем, политологи, экологи, педагоги и будущие дипломаты тоже интересуют «фордовцев». Тем же контингентом «заведует» крупнейшая из финансируемых Белым Домом международных программ – Фулбрайт, но ее «слабость» - американисты и спецы по американской литературе. Что же до идеологии, то на желании американцев помочь России стать «гражданским обществом» легко могут сыграть журналисты. Стипендии Рейгана-Фэшела и международного клуба Ротари рассчитаны как раз на поборников свободы слова и печати, а также ярых демократов, желательно с «партийным опытом». Бонусы предлагаются самые разные: от академического курса по политологии до обмена опыта с «коллегами» и обучения иностранному языку.

Кстати, Rotary-Club специализируется именно на языках, поэтому его стипендии (7000-17000 долларов) на двухгодичное обучение в Америке выдаются только лингвистам и будущим переводчикам. Тем же, казалось бы, должна заниматься АСПРЯЛ (Ассоциация преподавателей русского языка и литературы), но ее конек – не столько языковые стажировки, сколько стипендии по специальностям…сельское хозяйство и экология.

У технарей, как ни странно, выбор меньше. Айтишникам еще лафа: их курирует с десяток фондов, в том числе Общество по техническим коммуникациям и фонд «Филипп Морис сейлс энд маркетинг» (14 стипендий по 2500 долларов и гранты по 6 тыс. рублей). А вот с прочими математиками и теоретиками дело сложнее: «естественники» америкосов интересуют меньше гуманитариев, но зато их очень любит общество Сигма XI. Оно и стипендий выделяет не в пример другим меценатам много – по 850-900 в год, и с деньгами не жмется: двух-трехгодичная программа в американском универе обходится нашим студиозам в 1000 халявных баксов.

Физикам и математикам лучше проситься в Германию. И фонд Александра Гумбольта, и DAAD «окучивают» разные сферы науки. Последняя причем объединяет практически все немецкие университеты и предлагает как краткосрочные, так и долгосрочные стипендии. Самая ходовая – «годовая студенческая»: ею «балуют» студентов-экономистов. Дабы получить «слона», геморроя не требуется – только заявка и знание языка, подтвержденное специальным сертификатом. Пыхтеть придется выпускникам и аспирантам: помимо «обоснования актуальности исследования», им для исследовательской работы в Германии нужна еще и рекомендация/приглашение немецкого профессора. А сию бумажку, не зная броду, достать сложно, особенно если речь идет о 10-, а не 1-6-месячной стипендии. Правда, технарям прощают плохой немецкий: таланту, если он действительно талант. Язык Гете, если он хромает, стипендиант учит отдельно на немецких курсах, кстати, тоже бесплатно. Имеются еще и «летние стипендии», но только для германистов. Но если взяться за гуж, в Германию попадет любой, даже я со своей «театроведческо-филологической» темой. Жаль только, школьный немецкий забыла: с гуманитариями в Германии, как с технарями, никто не сюсюкается.

Помню английский, но с ним дорога если не в США (мною нелюбимые), то на туманный Альбион, а там язык требуется идеальный, не то что моя «смесь французского с нижегородским». Да если и сражаться за британскую стипендию, то только за Чивнинг. Потому что только «сливки», только умницы с блестящим английским и светлой головой интересуют британцев. Только они, по мнению англичан, способны выдержать магистерский курс в Лондонской школе экономики, Оксфорде или Кэмбридже, очаровать сокурсников, не стушеваться перед принцем Филиппом и «счатиться» с ним, если королевская особа вдруг явится в университет. В отличие от большинства стипендиальных программ, британские рассчитаны и на физиков, и на лириков. Но попадают туда, судя по всему, одни бизнесмены. Потому как многие «чивнинги» сидят на топ-позициях в РАО ЕЭС, Газпроме, МТС, ТНК, Ингосстрахе и «Росно».

Есть фонды и в других странах, вроде ЦЕРНа в Швейцарии и GCA в Канаде, но по численности им никогда не сравняться с США и Германией. Но если хочется, реально пробиться куда угодно. Нужно только знать, как. Я, например, теперь знаю, что практически все западные фонды – американские и европейские – требуют от претендентов не только резюме и краткий план научной работы, но и рекомендации ведущих ученых своей страны, а кое-где и страны-грантодательницы. Поскольку именные стипендии в большинстве случаев носят временный характер – они рассчитаны на год, максимум два. Так что, проучившись или даже защитившись на Западе, «наши» все равно возвращаются назад. Стоит копья ломать? Стоит. В 70 случаях из 100 «реэкспортные мозги» заключают контракты…с западными универами и компаниями. Но это в теории, а как на практике, я узнаю чуть позже, на личном опыте. Тогда и расскажу. В одном из следующих номеров…

Наталья ЕМЕЛЬЯНОВА


К началу ^

Свежий номер
Свежий номер
Предыдущий номер
Предыдущий номер
Выбрать из архива