Студенческий меридиан
Журнал для честолюбцев
Издается с мая 1924 года

Студенческий меридиан

Найти
Рубрики журнала
40 фактов alma mater vip-лекция абитура адреналин азбука для двоих актуально актуальный разговор акулы бизнеса акция анекдоты афиша беседа с ректором беседы о поэзии благотворительность боди-арт братья по разуму версия вечно молодая античность взгляд в будущее вопрос на засыпку вузы online галерея главная тема год молодежи год семьи гражданская смена гранты дата дебют девушка с обложки день влюбленных диалог поколений для контроля толпы добрые вести естественный отбор живая классика загадка остается загадкой закон о молодежи звезда звезды здоровье идеал инженер года инициатива интернет-бум инфо инфонаука история рока каникулы коллеги компакт-обзор конкурс конспекты контакты креатив криминальные истории ликбез литературная кухня личность личность в истории личный опыт любовь и муза любопытно мастер-класс место встречи многоликая россия мой учитель молодая семья молодая, да ранняя молодежный проект молодой, да ранний молодые, да ранние монолог музей на заметку на заметку абитуриенту на злобу дня нарочно не придумаешь научные сферы наш сериал: за кулисами разведки наша музыка наши публикации наши учителя новости онлайн новости рока новые альбомы новый год НТТМ-2012 обложка общество равных возможностей отстояли москву официально память педотряд перекличка фестивалей письма о главном поп-корнер портрет посвящение в студенты посмотри постер поступок поход в театр поэзия праздник практика практикум пресс-тур приключения проблема прогулки по москве проза профи психологический практикум публицистика путешествие рассказ рассказики резонанс репортаж рсм-фестиваль с наступающим! салон самоуправление сенсация след в жизни со всего света событие советы первокурснику содержание номера социум социум спешите учиться спорт стань лидером страна читателей страницы жизни стройотряд студотряд судьба театр художника техно традиции тропинка тропинка в прошлое тусовка увлечение уроки выживания фестос фильмоскоп фитнес фотокласс фоторепортаж хранители чарт-топпер что новенького? шаг в будущее экскурс экспедиция эксперимент экспо-наука 2003 экстрим электронная москва электронный мир юбилей юридическая консультация юридический практикум язык нашего единства
Голосование
Редакционный совет

Ростовцев Юрий Алексеевич
Главный редактор издания

Репина Ирина Павловна
Генеральный директор издания


Святослав Бэлза, Юлия Казакова, Ольга Костина, Кирилл Молчанов, Тимур Прокопенко, Владимир Ситцев, Людмила Швецова, Кирилл Щитов, Валентин Юркин


Наши партнеры










Номер 06, 2010

Алевтина: Ближе к славянской культуре

Певица Алевтина известна многим по альбому «Зов крови», записанному совместно с группой «Мельница». Однако мало кто знает, что Алевтина имеет высшее педагогическое образование, работает рекламным диктором, а ее голос входит в десятку лучших дикторских голосов России.

– Расскажите, как пересеклись ваши пути с группой «Мельница»?

– Я помогала организовывать благотворительный фестиваль в клубе «Точка». В этом фестивале принимала участие «Мельница». Мне понравилась их музыка, я оставила администратору свою визитку, а через две недели мне позвонили и пригласили на прослушивание.

– Творчество «Мельницы» преимущественно построено на кельтских, скандинавских и русских мифах, а что берете за основу вы?

– Я специально не беру мифологию. Моя внутренняя мелодика ближе к славянской культуре. Кельтские истории и я – неорганичное сочетание. Славянский колорит в нашей группе обеспечивает духовая секция – флейты и дудочки.

– Как появились песни, вошедшие в вашу первую сольную пластинку «Танец перехода»?

– Основную часть текстов я написала сама. Песня «Степь» родилась на основе стихов одного челябинского поклонника. Другую песню принес брат нашего барабанщика. Сначала она называлась «Волгоград», и там были слишком современные слова: «кирпичи», «раствор-память», но тема песни мне понравилась. Мы придумали замену: «дни, словно камни, нес на курган-память» и назвали песню «Воин». А «Тайну» я написала во время гастролей с группой «Мельница». Когда ложилась спать в гостинице, в голове возникла фраза: «застилает очи дым – спать». Темой песни стали лекции психотерапевта Эрнеста Цветкова о том, что тайны вредны для человека, а тот, кто хранит тайну, разрушает себя.

– Чем вы занимаетесь помимо музыки?

– Сейчас работаю как рекламный диктор. Очень большой процент рекламы на телевидении звучит моим голосом. Недавно во время озвучки ролика отказалась произносить текст с речевой ошибкой. Меня уговаривали: «Ну, вы понимаете, это реклама для «дебилов-подростков». Но если я знаю, что норма другая, то не стану плодить неграмотность и готова занять жесткую позицию.

Например, на съемках программы на канале «Столица» я сказала, что хорошо было бы ввести языковую цензуру, потому что любой филолог знает теорему Сепира-Уорфа: «Язык структурирует реальность». Потом выхожу петь песню «Солнце», и ведущая говорит: «А сейчас Алевтина зажгёт солнце». Я говорю: «Перепишите подводку». – «А что такое?» – «Зажжет солнце!» А второй ведущий даже не понял, что это ошибка. Он подумал, что «зажжет» – устаревшая форма. Вот такая катастрофа с языком.

– Алевтина, где вы учились?

– Окончила Новосибирский государственный университет (НГУ). Специальность – учитель русского языка и психолог-педагог. Вообще-то хотела идти на экономический факультет, но подала документы и на отделение «Русский язык и психология», хотя на тот момент уже поступила в несколько технических вузов. В итоге на этом отделении и осталась.

– Обычно студентов условно делят на «физиков» и «лириков». Вы к кому себя относите?

– Я бы не стала так делить. Это бытующее мнение, которое не всегда совпадает с исследованиями. Как правило, люди, которые хорошо знают русский язык, неплохо разбираются и в математике. А уж те, кто глубоко занимается музыкой, – просто невероятные математики. Я окончила экономический класс в гимназии. У нас каждый день была математика, в том числе и высшая. Моя учительница говорила, что у меня математический талант, и вы не представляете, как я кайфовала на отделении русского языка и психологии (смеется). Первое время даже не верила своему счастью: нет ни математики, ни экономики, ни химии!

– Вы проходили практику как учитель русского языка?

– Учителем русского языка работала в двух школах (в классе коррекции и в гимназическом классе), а психологом – в детдоме. В классе коррекции были дети с различными заболеваниями и просто хулиганы. Их объединяло отставание в учебе. Правда, класс только назывался «коррекционным», на самом деле коррекцией в школе никто не занимался.

– Как проходила педагогическая подготовка?

– Например, веду урок, а за задними партами сидят мои коллеги и записывают каждую мою фразу и реакцию класса. Потом они зачитывали свои записи, и мы подробно все разбирали: вот здесь была провокация, поэтому дети шумели, и тому подобное. И так на протяжении нескольких месяцев. Проводился мощнейший анализ и, соответственно, результат получался тоже мощнейшим.

– Помните свой первый урок в классе коррекции?

– Перед тем как приступить к работе сходила на несколько уроков. В классе стоял ужасный шум, летали линейки и тетради. Детям было совершенно неважно, кто перед ними, дисциплины не было никакой. А учителю приходилось стоять, словно отбывая наказание. Я очень боялась идти в этот класс, долго думала, как строить занятия, если будет такая «стена».

Первый урок начала с того, что написала на доске свое имя и отчество – Алевтина Геннадиевна, и с требования: не отпускаю в туалет тех, у кого нет заболеваний, не позволяющих терпеть, а также не впускаю опоздавших. Естественно, дети стали меня проверять: в туалет просились все подряд – я не пускала. А на второй день опоздала треть класса. Они, наверное, думали, что возьмут меня массой. Но я сказала: «Увы, у нас был договор, поэтому жду вас на следующий урок». Когда они пришли, выглядели, как побитые. И потихонечку мы так «вырулили», что они сидели и занимались.

– Вы говорили, что в той школе никто коррекцией не занимался. Ну а вам удалось помочь кому-то из детей?

– В классе училась одна девочка, которая была настолько зашорена, что, доучившись до пятого класса, ни разу в жизни не выходила к доске. Через полтора месяца моих занятий она это сделала. Правда, отвечала плохо, но я «натянула» ей «четверку» – надо было закрепить результат. И постепенно она начала выходить к доске все чаще, бояться перестала. Для меня это была важная победа.

– А в гимназическом классе были подобные проблемы?

– В гимназическом классе дети способные, вышколенные, но и у них есть свои комплексы. Учился там крайне сообразительный мальчик Коля. Он задавал разные интересные вопросы, но реакция класса всегда была очень агрессивной: «Коля, сядь! Что ты опять спрашиваешь?» А я ответила на его вопрос, привела ребятам пример из языка, дала историческую справку. И тогда они увидели, что вопрос был действительно интересный и умный, а они получили такие знания, которые прививают любовь к языку.

Когда я поставила Коле «пятерку», ко мне подошла их учительница и сказала: «Я, конечно, буду вынуждена сохранить эту «пятерку», потому что вы ее поставили, но я вам скажу, что это мальчик «так себе», он из небогатой семьи, где трое детей...» В общем, намекнула, что Колю поощрять не надо. Но потом класс сдавал контрольную по русскому языку, и за нее было всего две «пятерки», в том числе – у Коли. Честно говоря, я не нашла особой разницы между классом коррекции и гимназическим классом. Все, что требуется, – это внимание и профессиональное отношение педагога.

– Если ребенок попал в немилость к какому-то учителю, что делать родителям? Переводить в другую школу?

– Да, лучше переводить. Хотя не исключено, что и в другой школе найдется учитель, который тоже будет хаять ученика. Но если тот сможет выдержать натиск, он вырастет сильным человеком.

Это сложный вопрос. Я не испытываю никакой радости при виде школ. И ни за что не куплю квартиру с видом на школу. Когда я училась в гимназии, наш литературовед из университета так вела литературу, что читать я начала только в старших классах. Потом мой младший брат учился в той же школе и попал к тому же учителю. Я видела, как его тошнило от литературы, и решила помочь ему полюбить книги. Когда он готовился к уроку по творчеству Зощенко, я стояла рядом, читала отрывки и громко смеялась. В конце концо, брат заметил юмор, забрал у меня Зощенко и прочитал книгу до конца.

– А ваши однокурсники остались в профессии?

– Да, многие преподают в университете, некоторые собирают знакомых преподавателей и делают курсы. А одна моя одноклассница поняла, что ее не устраивает садик, в который она водит свою дочку. После этого сняла помещение в том же садике, наняла повара, договорилась о поставках продуктов, обзвонила всех знакомых, у которых были дети, и создала частный садик, который в месяц обходился дешевле, чем государственный.

– В детском доме вы работали в качестве психолога...

– В детском доме нужен не психолог, а мама. Психолог – это очень слабый суррогат. Как этим заниматься, если двенадцатилетний мальчик кинулся мне на шею, обнимая, словно сын? А мне тогда было около двадцати. Период практики в детдоме был для меня очень жестким. Понимала, что усыновить всех этих детей не могу. И помочь толком тоже не могу. Но как психолог я постаралась сделать все, что умела.

– Есть мнение, что детские дома следует отдать под покровительство церкви...

– Церковь – это огромная помощь. Когда ребенок, не имеющий папы и мамы, знает, что есть кто-то, кто его любит, это мощная поддержка. Мозги детей не замусорены штампами, они быстрее «включаются» в чудотворную вселенную.

– Вы в тринадцать лет приняли крещение. Как это произошло?

– Я была обычной пионеркой и знала, что есть Ленин и нет Бога. В тринадцать лет впервые в жизни прослушивалась в одной студии как певица. Мне очень сильно хотелось туда попасть, и внезапно в моей голове что-то открылось, и я начала угадывать события наперед. И тогда вопрос «есть ли Бог?» отпал сам собой. Я спросила родителей, крестили ли меня в детстве. Оказалось, нет. Пошла в церковь, чтобы исправить эту ошибку.

– Вы как филолог должны были изучать и древние языки?

– Наша группа была поделена на две части: одна изучала латинский, другая – древнегреческий. Я пошла на древнегреческий, но только теперь поняла, что это был правильный выбор. На лекциях Эрнеста Цветкова, занятия которого регулярно посещаю, мы разбираем Библию, имея древнегреческий подстрочник и точный перевод. И открывается все богатство смысла. Оказывается, в Библии столько формул зашифровано, в том числе и психологических.

– Не задумывались о том, как Библия появилась?

– Это божественная книга. Человек мог только записывать.

Ангелина ЧУРАКОВА


К началу ^

Свежий номер
Свежий номер
Предыдущий номер
Предыдущий номер
Выбрать из архива