Номер 12, 2009

Секрет Даниила Хармса

Даниил Хармс стал известен широкому читателю через двадцать лет после смерти. Он прожил короткую и трагическую жизнь. Отсутствие признания, безденежье, голод и преследования... Был период, когда из-за долгов Литфонду писателю приходилось каждое утро выносить из своей комнаты в коммунальной квартире в коридор единственный письменный стол, дабы тот не унесли в счет долга...

В наши дни Хармс возвращается в круг чтения. В чем его литературный секрет? В этом вопросе постарались разобраться молодые авторы из творческого клуба нашего журнала «Литературная Кухня», что регулярно собирается в библиотеке им. Волошина (www.club.stm.ru ).

Юлия Стародубцева, студентка филологического факультета РГГУ:

– Даже многие взрослые стихи Хармса очень трогательные, с налетом детскости. Его английский юмор и близкая Льюису Кэрроллу логика абсурда сильно отличаются от канонов советской литературы, за что он в свое время и поплатился. Мне лет с семи запомнилось стихотворение про кошку, которая поранила лапу. К этой кошке привязали воздушные шары. И она на них приподнялась в небо.

На первый взгляд, работы Хармса просты. Хотя на самом деле там много пластов, смыслов. Ведь писатель осознанно создавал новую реальность. Ни одна геометрическая фигура, ни одна цифра не упоминается у него случайно. Мне удалось познакомиться с интересными исследованиями его творчества. И удивительно, насколько это творчество теоретически им обосновано. Тем, кто хочет больше узнать о Хармсе, рекомендую изданную в 1998 году книгу Михаила Ямпольского «Беспамятство как исток (Читая Хармса)».

Максим Атякшев, студент философского факультета РГГУ:

– Я сторонник классической литературы гоголевского направления. Пожалуй, Хармс – не мой автор. В нем не хватает реалистичности, простоты и эмоций. Но у Хармса есть замечательные вещи. Из прочитанного мне особенно запомнился «Диалог писателя с читателем», когда писатель говорит: «Я – писатель!», а читатель отвечает: «А, по-моему, ты – говно!». И писатель падает замертво, пораженный в самое сердце.

Ольга Канарская, культуролог:

– Что такое для начинающего писателя Даниил Хармс? Обязательный для повышения литературного кругозора автор! Ведь он стимулирует пишущего человека к поиску новой формы, позволяя раскрепостить сознание почище алкоголя или наркотика. Благодаря знакомству с его работами ты отказываешься от ненужных барьеров, границ. Разрешаешь себе «похулиганить». Это спасает взгляд от «замыленности».

Творческое восприятие самого Хармса тоже очень свежее и непосредственное. Стихи ритмичны, и потому легко запоминаются. Но ритм и рифма, как мне кажется, там не самое главное. Главное – содержание, игра ума. Они берут тебя не за сердце, а за мозг. Это приближает их к прозе. Тогда как проза Хармса, напротив, приближена к поэзии своей лаконичностью, емкостью, четкостью формы, обилием простых коротких предложений и выверенными эпитетами.

В театре «Эрмитаж» по Хармсу идет несколько спектаклей. Я смотрела «Белую овцу». Рекомендую.

Владимир Мануйлов, музыкант:

– Почему мне близок абсурд Хармса? Потому что вся наша жизнь тоже, в общем-то, абсурдна. Мы рождаемся, чтобы умереть. А все свои грандиозные цели и смыслы по большому счету придумываем сами.

Читая Хармса, я вспоминаю, что не стоит на чем-либо зацикливаться слишком сильно. Ведь все относительно: успех и неудача, счастье и несчастье.

Хармс очень здорово переосмыслил тему смерти, найдя способ преодолеть страх перед ней. Он настолько развивает силу духа, что даже начинает смеяться над смертью. В русской литературе до него на это никто не решался.

Благодаря Хармсу вспоминаешь о таких понятиях, как вечность, пустота, безвременность. Не случайно один из исследователей его творчества Жаккар пишет: «Хармс... относится к той категории писателей, которые, для того чтобы ответить на великие экзистенциальные вопросы, задавались целью узнать, что сказано тем, что сказано, и которые отважились с тоской ответить: ничего».

Чем еще для меня привлекателен Хармс? Яркостью личности, отсутствием внутренних барьеров. Его абсурдное творчество – форма протеста против логической серости и догм.

Мой любимый рассказ Хармса – «Вблизи и вдали».

Елена Щербакова, студентка Литинститута:

– Впервые я узнала Хармса в 6 лет: мама прочла мне его детские стихи. Стихотворение «Иван Торопышкин» до сих пор помню наизусть. Потом я сама прочитала Хармса в 10-м классе. Затем – при подготовке к вступительным экзаменам в Литинститут. И каждый раз открывала что-то новое. Сейчас хожу на психологические тренинги по драматерапии. Там мы сделали по произведениям Хармса постановку «Математик и женщина». Новый повод перечитать Даниила Ивановича.

В писателе меня привлекает его неординарный подход, способность находить необычный выход из сложных и, казалось бы, безвыходных ситуаций. Неслучайно современные психологи частенько советуют: если вы чего-то боитесь, доведите ситуацию до абсурда, поймите, что это никогда не произойдет, посмейтесь над ней и успокойтесь.

С помощью его взгляда на жизнь, столкнувшись с трудной ситуацией, можно понять, что не всегда стоит брать «крепость» штурмом. Может, лучше изменить свое отношение, перефокусировав взгляд и припомнив, что все способно выглядеть по-другому.

Наиболее близки мне произведения раннего Хармса, поскольку там особенно чувствуется ребяческое начало, хулиганское настроение. Я считаю детскость важным качеством. Если ты в себе ее сохраняешь, у тебя такой взгляд на жизнь, как надо.

А самое любимое стихотворение Хармса – «Возьмите незабудку».

Светлана РАХМАНОВА

Стихи Даниила Хармса

***
По вторникам над мостовой
Воздушный шар летал пустой.
Он тихо в воздухе парил;
В нем кто-то трубочку курил,
Смотрел на площади, сады,
Смотрел спокойно до среды,
А в среду, лампу потушив,
Он говорил: – Ну, город жив.

Удивительная кошка
Несчастная кошка порезала лапу –
Сидит, и ни шагу не может ступить.
Скорей, чтобы вылечить кошкину лапу
Воздушные шарики надо купить!

И сразу столпился народ на дороге –
Шумит, и кричит, и на кошку глядит.
А кошка отчасти идет по дороге,
Отчасти по воздуху плавно летит!

Кораблик
По реке плывет кораблик.
Он плывет издалека.
На кораблике четыре
Очень храбрых моряка.

У них ушки на макушке,
У них длинные хвосты,
И страшны им только кошки,
Только кошки да коты!

Очень-очень вкусный пирог
Я захотел устроить бал,
И я гостей к себе...

Купил муку, купил творог,
Испек рассыпчатый...

Пирог, ножи и вилки тут -
Но что-то гости...

Я ждал, пока хватило сил,
Потом кусочек...

Потом подвинул стул и сел
И весь пирог в минуту...

Когда же гости подошли,
То даже крошек...

***
Два студента бродили в лесу
в воду глядели дойдя до речки
ночью жгли костры отпугивать хищников
спал один а другой на дежурстве
сидел в голубой камилавочке
и бабочки
к нему подлетали
то ветерок
швырял в костер пух пеночки
студент потягиваясь пел:
в костер упала звездочка.

Молча стояли вокруг медведи
мохнатой грудью дыша
и едва копошилась душа
в их неподвижном взгляде
но тихо сзади
шла мягкими лапами ступая по ельнику
рысь
и снилось в лесу заблудившемуся мельнику
как все звери стоя на холму глядели в высь
где нет паров
горел костер
и ветки шаловливого пламени
играли серпом на знамени
и дым и гарь болтаясь в воздухе платком
висели черным молотком.
 

К началу ^